Всего за день кампания собрала больше сорока заявок на общую сумму в двадцать четыре миллиона рублей. Стало ясно, что, скорее всего, Журба погорячился со своей оценкой в два-три миллиона. Но это совсем не значило, что ему придется работать на кассе (вызов Овчинникова он принял).
Многим кажется невозможным, что компания будет стоить через три года более одного миллиарда рублей. Но это обычная психология. Вы просто пока не можете себе этого представить.
Заполненная в интернете форма заявки еще никого ни к чему не обязывала — за реальные деньги только предстояло бороться. Федор запустил процесс с колес, и юристы «Додо» не успели подготовиться к подписанию договоров — на решение всех официальных вопросов требовалось еще месяц-два. Но даже за это короткое время многое изменилось: уже через две недели после старта краудфандинга полуостров Крым внезапно стал одним из главных сюжетов не только российских, но и мировых новостей. За крымскими событиями вскоре последовали санкции, которые Запад наложил на Россию, а они повлекли снижение курса рубля — и подорожание импорта, от которого зависела компания. Время тектонических изменений в политике и экономике — не лучший момент для привлечения инвестиций, тем более у непрофессиональных инвесторов. Многие из них задавались вопросом, сможет ли компания и в новых условиях расти так же быстро. Но Федор не мог себе позволить сомневаться, пути назад не было.
Поздний вечер. Гараж, превращенный то ли в мастерскую, то ли в пункт управления. Мониторы, картонные коробки и запчасти, разбросанные по помещению. Какие-то провода и аккумуляторы. Холодный свет ламп. И несколько мужчин, которые смотрят на экраны и что-то обсуждают. Среди них — Федор Овчинников.
Громкий стук в дверь. За дверью — полиция: «Чей это гараж? Чем вы здесь занимаетесь?» Люди в гараже сами хотели бы знать, чем именно они тут занимаются. То ли разовой авантюрой, то ли технологическим прорывом, который изменит бизнес навсегда.
В центре помещения стоит большой октокоптер, к нему подвешен странный черный предмет. Но полицейские не знают таких слов, как «октокоптер» или даже «дрон». «Поступил сигнал, что ваш, э-э-э, вертолет летает под окнами, нарушает спокойствие граждан», — говорит сержант. Обитатели гаража заверяют полицейских, что больше не будут запускать дрон после одиннадцати вечера. Сержант пытается добиться обещания прекратить полеты совсем, но без особого успеха. Нехотя полицейские садятся в УАЗ «буханку» и уезжают.
Таких вечеров с посиделками в гараже и периодическими визитами полиции весной 2014 года случалось много. С тех пор как Василий Филиппов, первый инвестор «Додо Пиццы», познакомил Федора с Олегом Понфиленком, создателем стартапа «Коптер Экспресс». Вместе они работали над безумным (почти как краудфандинг) проектом — доставкой пиццы дронами.
Еще в прошлом году американская компания Domino’s отчиталась о «первой в мире успешной доставке пиццы дроном». Где-то в чистом поле термосумку прикрепили к коптеру, который пролетел над безлюдными местами и приземлился на окраине города. Там человек, изображающий обычного клиента, вытащил из сумки две коробки с пиццей. Эксперимент только доказал уже известный факт: коптер может перевезти небольшой груз из точки А в точку Б. Это был чисто постановочный ролик. Чтобы реально запустить доставку дронами, предстояло решить множество и технических, и коммерческих вопросов. Над ними команды «Додо» и «Коптер Экспресс» и работали с конца 2013 года.
