Чейз проводил со мной каждый вечер с тех пор как пришел в мой дом после мемориала памяти, посвященного его умершей жене. Каждый вечер мы вместе ужинали за моим кухонным столом, потом перемещались на диван в гостиной, а затем в мою кровать.
— Думаю, ты специально каждое утро провожаешь меня в офис в полуобнаженном виде, чтобы я вернулся и соблазнил тебя, — ответил он, скользя взглядом по моей груди.
— Ошибаешься. Для этой цели я надеваю розовое белье. Я же знаю, насколько оно тебе нравится, — улыбнулась я.
Это была истинная правда. Чейз был неравнодушен к тому комплекту. Настолько неравнодушен, что я опасалась, что он станет для него неким фетишем.
— В розовом ты выглядишь абсолютно невинно, хотя мы оба знаем, что это далеко не так, — усмехнулся он.
— Ты такая задница, — пробормотала я, сильнее затягивая узел на шее Чейза, чтобы придушить его дразнящий смех.
— Задница? Хм… анальным сексом мы еще не занимались. Правда, я не думал, что ты из таких девушек, — снова ухмыльнулся он и вырвал из моих рук галстук.
— Заткнись! — фыркнула я, отталкивая его.
Чейз громко рассеялся, а затем схватил меня за руку и притянул к себе.
— Мне нравится, как розовый цвет оттеняет твою нежную кожу, извращенка, — все еще смеясь, сказал он.
Я пыталась высвободиться из его объятий, но это с самого начала было обречено на провал, и не только потому, что Чейз держал меня очень крепко, но и потому что я по-настоящему не боролась с ним.
Чейз продолжал обнимать меня, не заботясь, что опоздает на работу. Он перестал беспокоиться об этом некоторое время назад, и теперь каждое утро не торопился оставить мой дом.
Прекратив сопротивляться, я вцепилась в Чейза мертвой хваткой и притянула к себе так близко, как только могла. Несколько минут мы так и стояли, и как всегда в подобные моменты Чейз улыбался. Я научилась любить эту улыбку, потому что она была настолько яркой, что освещала всю комнату.
— Я бы с удовольствием остался и поборолся с тобой еще немного, но мне нужно идти, — наконец сказал Чейз, медленно выпуская меня из тесных объятий.
— Ты сбегаешь, поскольку знаешь, что я выиграю, — фыркнула я.
— Конечно. В твоих мечтах, — рассмеялся Чейз и пошел к двери, но я остановила его, как делала каждый раз, начиная с того дня, когда он пришел ко мне и решил остаться.
— Ты ведь вернешься, верно? — перестав улыбаться, спросила я, позволяя Чейзу увидеть свою уязвимость и ощутить власть, которую ему давало мое жгучее желание увидеть его снова.
Я ожидала от Чейза дерзкий остроумный комментарий, но вместо него — как и каждое утро — получила честный ответ на свой не менее честный вопрос.
— Конечно.
В его тоне слышалось твердое обещание вернуться. Это подавило чувство тревоги, которое то и дело закрадывалось в душу, после того, как я поняла — я становлюсь слишком зависимой от Чейза, который мог оставить меня без всякого предупреждения.
Как и все другие люди, что были в моей жизни до него.
*** *** ***
После ухода Чейза время ползло со скоростью улитки. Обычно по утрам он присылал мне дурашливые эсмэмэски или указания по работе, но только не сегодня. Я все больше тревожилась. Нервы были натянуты, как струна. И она лопнула от разорвавшего тишину дома пронзительного звонка сотового.
— Эмма, мне нужна услуга. Будь добра привези Чейзу сменную одежду, — услышала я голос Тани, после того, как заикаясь, ответила на звонок.
— Он опять опрокинул кофе на свою рубашку? — спросила я со смешком, вспоминая, как пару дней назад с Чейзом произошел такой случай.
— Нет. По дороге в офис Чейз попал в аварию. Он в больнице и…
Таня продолжала говорить, но я уже ее не слышала. Меня накрыло онемение. Положив трубку, я словно робот схватила рубашку и джинсы Чейза, которые только достала из сушилки, и вышла из дома.
Я не помнила, заперла ли входную дверь или гараж, но даже не обернулась, чтобы проверить. Необходимость увидеть Чейза толкала меня только вперед.
Тупая ноющая боль в груди усилилась в разы, когда я, припарковав машину на переполненной стоянке, я рванула к зданию больницы. Зал ожидания приемного отделения скорой помощи был пуст и, как и стойка регистратора. Вокруг не было никого, у кого бы я могла узнать хоть что-то о Чейзе или выяснить, куда мне идти.
Минуты показались часами, пока я ждала.
Неожиданно из-за двери в стеклянной перегородке, появилась Таня.
— Эмма, идем, — окликнула меня она.
Я хотела спросить в порядке ли Чейз, но слова не шли с языка, поэтому я молча шла за Таней, в пол уха слушая ее ворчание и не понимая ни слова. Она привела меня к палате в конце коридора, и я сразу же услышала из-за двери сердитый голос Чейза.
Волна облегчения практически сбила меня с ног. Он явно не пострадал серьезно, если мог кричать на кого-то.
*** *** ***
