Я покачала головой, стараясь стряхнуть чувство вины, появившееся при мысли, что я не сообщила Чейзу о том, что подумываю сменить работу. Я напомнила себе, что не обязана ставить его в известность пока все не будет решено, но от этого почувствовала себя еще хуже.
Может быть, во мне говорила совесть, не позволяющая совершить поступок, которому противилось мое естество. А, возможно, я слишком сильно привязалась к Чейзу и поэтому не желала уезжать от него за несколько тысяч миль. При мысли о расставании с Чейзом я ощущала пустоту внутри, и мне это очень не нравилось. Я была чертовски глупа, заботясь о мужчине, которого не волновало ничего кроме собственного удовольствия.
Завибрировавший на журнальном столике телефон Чейза, оторвал меня от тяжелых раздумий. Взглянув на экран, я поняла, что ему пришла эсэмэска от Тани. Внезапно в памяти всплыли слова о моей доверчивости и наивности, сказанные Чейзом в машине. Я взяла телефон и сдвинула экран, чтобы разблокировать его.
Чейз не установил пароль на телефоне, поэтому мне было легко проникнуть в мини-версию его мира. Я просмотрела почти пустой календарь с редкими отметками дней рождений, а затем заглянула в сообщения. Оказалось, что он переписывался только с двумя людьми — мной и Таней. Собственные сообщения не вызывали интереса, а вот Танины… Почти в каждой эсэмэске она наседала на Чейза, желая узнать как можно больше обо мне. Напрасно. Он почти ничего не рассказал ей. Я не расстроилась из-за этого, а просто удивилась.
Увидев его плейлист, я сначала захихикала, а затем сильно удивилась. В списке было полно хитов новой волны восьмидесятых различных жанров и направлений.
Открыв папку с фотографиями, я ожидала увидеть снимки его семьи или жены, но их там не было. Единственные фото, которые Чейз хранил в своем телефоне, были мои. Я — на работе. Я — смеющаяся с Джейми в клубе. Я — обедаю в одиночестве. Всего три снимка, но они говорили о многом. Печаль этого мужчины и его одиночество кричало с этих фотографий, которые, кстати, он сделал втайне от меня.
*** *** ***
Чейз проснулся как раз в тот момент, когда я дрожащей рукой вернула телефон на столик.
«У него были только мои фотографии. Только мои!»
Я глубоко вздохнула, чтобы уменьшить боль в груди. Чейз наблюдал за мной еще до того, как предложил договор. В свете этих фактов ситуация, в которой мы пребывали, казалась еще более запутанной.
— Что ты делаешь? — спросил он, зевая и потирая припухшие от синяков глаза.
— Ничего, — как можно равнодушнее ответила я.
К сожалению, я не умела врать, и Чейз догадался, что я чем-то обеспокоена.
— Что случилось? — снова спросил он, приподнимая голову.
— Таня прислала тебе эсэмэску. Она приедет позже и привезет ужин. — Я надеялась, что на этом допрос закончится, и мне не придется сознаваться, что я просматривала его телефон.
— Хорошо, — с усталым вздохом он откинулся на подушку и поманил меня к себе.
Я с радостью устремилась к нему, потому что сама хотела оказаться как можно ближе.
— Как твое лицо? — спросила я, опускаясь на колени перед диваном и аккуратно, так чтобы не сдвинуть повязку, убирая волосы с его лба.
— Деформировано, — ответил он, морщась от боли.
— Бедняжка Чейз, — поддразнила я, нежно проводя пальцами по его волосам. — Теперь во время деловых встреч тебе придется полагаться на ум, а не на свою привлекательную внешность.
— Считаешь, я — привлекательный? — усмехнувшись, спросил он.
Я продолжала гладить его волосы, надеясь, что мои прикосновения обеспечат ему хотя бы минимальный комфорт.
— Ты же знаешь, что да.
— Приятно слышать, учитывая, что ты не часто говоришь что-то лестное в мой адрес. — Он насмешливо вздернул бровь и снова поморщился.
— Я берегу твое здоровье. Шее и так нелегко удерживать твою раздутую от самомнения голову, не стоит усложнять ей задачу, — пошутила я.
Чейза громко фыркнул и рассмеялся.
— Ты так жестока ко мне, — зевнув сквозь улыбку, произнес он.
— Признайся, тебе это нравится, — снова пошутила я.
Чейз усмехнулся и закрыл глаза.
*** *** ***
Мы лежали на диване, Чейз здоровой рукой обнимал меня за талию, крепко прижимая к своей груди, и молчали, как вдруг он задал вопрос, который заставил меня задуматься.
— Какой подарок ты хочешь на день рождения? — зевнув и принуждая зевнуть меня, спросил он.
Я лежала к Чейзу спиной, но почувствовала, как он напрягся, ожидая ответа.
— Ничего, — наконец пробормотала я.
Я не собиралась просить у него подарок, так как сама ничего не подарила на его день рождения, который был три месяца назад.
— Это неправда. У всех есть желания. А чего хочешь ты, Эмма?
От его хриплого голоса по моей спине пробежала дрожь.
