На поле? С какой стати нам встречаться на поле?
– У тебя такое странное выражение лица. Что такое? – интересуется Вив.
Развернувшись в компьютерном кресле, я поворачиваюсь к ней лицом:
– Лейн предложил встретиться на бейсбольном поле. Зачем ему нужно встречаться со мной там?
Она пожимает плечами, разглядывая свой недавно накрашенный ноготь:
– Не знаю, Хал. Может, хочет присунуть тебе прямо там?
– Не говори глупостей. Ладно, тебе пора. Мне нужно принять душ и попытаться что-нибудь сделать со своими волосами.
Я провожу руками по диким, неукротимым кудрям. Абсолютное проклятие моего существования. Не важно, какими средствами я пользуюсь, сколько делаю процедур и масок, что бы я ни делала, кажется, ничто не может их обуздать. Они сами по себе. А у меня есть, – я снова бросаю взгляд на свой телефон, – примерно пятьдесят восемь минут, чтобы решить эту проблему.
– Ну ладно. Ладно. Но я ожидаю от тебя звонка сразу же, как только ты вернешься домой. Надеюсь, ты больше не будешь девственницей, но я не строю иллюзий.
– Вив! – визжу я и подталкиваю ее к двери, хотя она упирается ногами в пол, чтобы помешать мне ее выставить.
– Чего? Я просто говорю, что если я буду ожидать, затаив дыхание, я задохнусь! В твоем полном распоряжении этот красавчик с классной задницей, а ты чуть ли не пояс верности нацепила, Хали Джо. Пора оседлать скакуна. Впере-ед! – она хихикает, когда пытается схватиться о дверной косяк. Она держится руками, а я пихаю ее еще сильнее. – Держи меня в курсе!
– Вивьен,
Бросив последний раздраженный взгляд и послав воздушный поцелуй, она исчезает в коридоре, напевая что-то себе под нос, а я захлопываю дверь и смотрю в телефон.
Супер. Пятьдесят три минуты.
И я ни секунды не потрачу впустую.
Лейн Коллинз словно был рожден на бейсбольном поле.
Это первая мысль, которая у меня возникает, когда я захожу на университетское поле и прохожу через дагаут[22]. Честно говоря, я мало что знаю о бейсболе, кроме того, что есть какие-то мячи, который бросают и ловят мужчины в очень обтягивающих штанах. Цель – отбить мяч битой. Вот, пожалуй, и все.
Ну, не важно, что там у них на самом деле происходит, главное – Лейн абсолютно в своей стихии.
Он блистает. Здесь ему самое место, как будто эта игра создана для него.
В детстве я видела, как он тренировался дома, бросая мяч с Илаем или с их отцом. Часто наблюдала, как он раз за разом машет битой и бьет по пластиковому мячу. У меня от одного вида руки болели, но я никогда не видела, как он играет на поле.
Я была слишком занята, гоняясь за Илаем или погрузившись в книги, чтобы делать вид, что я что-то понимаю в спорте.
Но когда я вижу его здесь, в бейсболке, надвинутой на глаза, когда он достает мячи из ведерка и бросает их с такой силой, мощью и точностью, какой я в жизни не видала… я понимаю, что здесь он дома.
Я прислоняюсь к ограждению дагаута, подперев подбородок рукой и наблюдаю, как он бросает бесчисленные мячи. Наконец, он замечает меня и на его губах появляется улыбка.
– И давно ты здесь? – интересуется он, подойдя ко мне. Он вытирает пот со лба подолом футболки, демонстрируя мне рельефный пресс и загорелую кожу. Мышцы перекатываются в такт его движениям, и у меня текут слюнки.
Прокашлявшись, я отвечаю:
– Совсем недолго. Давно не видела, как ты играешь. В последний раз – когда ты разбил окно у нас на кухне.
Помню этот день, как вчера. Тогда я по-настоящему осознала, насколько влюблена в старшего Коллинза. В тот день они с Илаем тренировались подавать мяч во дворе, хотя родители твердили им бесчисленное количество раз, что нужно выходить на задний двор, но он проигнорировал увещевания и вышел на передний двор. В тот день пострадало окно нашей кухни. Его отец предложил оплатить замену, но Лейна это не устроило. Он проработал все лето, косил траву у всех соседей, чтобы самому заплатить за ремонт.
Я уже тогда этим восхитилась.
– Мы можем забыть об этом? У меня до сих пор все чешется, когда я вижу газонокосилку.
Я запрокидываю голову и смеюсь, качая головой:
– Да, но ты был молодцом, мои родители тогда очень уважали тебя за то, что ты разобрался сам.
Он пожимает плечами.
– Ну это был мой косяк. А я отвечаю за свои поступки.
Он говорит с тяжелым сердцем, но я не мучаю его расспросами. Я проталкиваюсь мимо него на поле. Трава под моими ногами мягкая, но сухая. На ощупь она отличается от обычной травы, которая растет перед вашим домом.
– Честно скажу, никогда не думала, что буду стоять на бейсбольном поле. – Я морщу нос, нахожу пальцами браслеты и покручиваю маленькие бусины пальцами. – Ну а главный вопрос – почему я здесь?
