Всполошившись, я кинулась вперед, туда, где парой минут ранее бродил Игорь. Стараясь держаться в стороне от скользкого края, я обогнула болото и выскочила на чистый и ровный, с низкой травой, участок. Моим глазам предстала невероятная сцена: заляпанный грязью Ник, стоя одной ногой в трясине, передал крошечный бежевый комочек замершему на суше Игорю. Потом, ругнувшись под нос, не без труда выдернул стопу из зеленовато-грязной жижи.
Пока доблестный спаситель отряхивался, я подошла к Игорю, который держал Мими на руках. На меня взглянули маслинки испуганных глаз, и моя ладонь успокаивающе опустилась на лысую голову с редкими седыми волосенками. Пушок на лапках и хвосте скатался, перепачканное ряской пятнистое тельце била дрожь, курточка со шлейкой куда-то делась, но все-таки это была вполне себе целая и невредимая Мими. Урррааа!
– Ник, ты просто герой! Настоящий супермен! – забыв о своих глупых претензиях, захлебывалась от восторга я, пока мы шагали обратно, к Воздвиженскому и компании. – Какая же я балда, не запечатлела на камеру момент спасения! В твою честь нужно закатить настоящий пир. Пусть все знают, какой ты молодец!
– А вот этого как раз не надо, – вскользь бросил друг и снова топнул ногой, тщетно пытаясь вытряхнуть из кроссовки влажную грязь. – Такую игривую собачонку не стоит брать в лес, надеюсь, после происшествия хозяева это поймут. К счастью, я вовремя на нее набрел, ее уже затягивало в трясину. Не Мими, а Муму какая-то! Наверное, стрекоза села на ветку или листок на поверхности пруда, и собака бросилась за ней… Курткой пришлось пожертвовать – думаю, хозяева не будут в обиде.
Ник явно не хотел почестей в свой адрес, а меня колотило от желания поделиться его триумфом со всеми и каждым. Но ситуация обернулась иначе… Подходя к месту импровизированной стоянки наших грибников, Игорь сделал попытку передать Мими Нику – мол, ты, как настоящий спаситель, и вручишь драгоценную собачку Воздвиженскому. Но друг лишь отмахнулся, и в следующий момент мы предстали перед честной компанией…
Такого восторга я не наблюдала давно. Лес огласили многочисленные ахи и охи, все дружно выдохнули – и затараторили разом. Хозяин, сверкая слезами счастья, прижимал грязную собаку к дорогущей куртке, Стася с Петром, взявшись за руки, радостно прыгали рядом, Михаил с облегчением утирал со лба пот, а гости, принявшие на себя всю тяжесть истерики разлюбезного Кирилла Андреевича, переводили дух. Наконец Воздвиженский крепко сжал Мими под мышки и триумфальным жестом вскинул ее над головой – ни дать ни взять капитан футбольной сборной с кубком за победу в чемпионате мира!
– Итак, возвращаемся из этого окаянного леса домой и празднуем, у нас есть повод для торжественного обеда! – Мигом забывший все переживания, вспыльчивый, но отходчивый холерик сделал широкий жест рукой, собирая всю компанию вместе. И, передав собаку Стасе, прочувствованно подал руку Игорю. – Спасибо от всей души! Для меня честь работать с таким ценным специалистом, человеком поистине блестящих качеств!
Игорь растерянно пожал протянутую ладонь и открыл было рот, чтобы начать возражать. Но молниеносный взгляд Ника упредил его порыв, а заодно и усмирил мое желание немедленно восстановить справедливость. Мы двинулись вперед – воодушевленная процессия во главе с Воздвиженским, не перестававший отряхиваться на ходу Ник, растерянный Игорь и притихшая я.
Радость в душе сменилась неловкостью. Я знала Ника пятнадцать лет – он не был безудержным хвастуном, но излишней скромностью тоже не страдал. Почему же с такой готовностью отказался от заслуженных лавров и передал гордое звание спасителя Игорю? Тому, кого не далее как полтора часа назад презрительно называл выскочкой?
Возможно, Ника до глубины души достал затянувшийся визит в усадьбу. В конце концов, ради этого «приятного времяпрепровождения» он отменил свидание и застрял в чужом доме дольше, чем планировал. Значит, он действительно хотел уехать, не желал лишней шумихи вокруг своей персоны, тяготился общением с малознакомыми людьми. Я вполне удовлетворилась этим объяснением, но сознание вдруг пронзила мысль, от которой похолодело все внутри. А что, если это самопожертвование – первый шаг в хитрой и непонятной игре, которую обещал затеять мой доселе безобидный друг?..
– Предлагаю тост за нашего героя! Да, уже третий по счету, но сегодня, вне всяких сомнений, его день, – торжественно провозгласил Воздвиженский, и в воздух взлетели бокалы с шампанским, откупоренным по случаю счастливого спасения Мими. – Игорь, у меня нет слов, чтобы выразить благодарность…
И так далее и тому подобное. Торжественный обед как-то незаметно перерос в ужин, а потом и в разговоры за большим столом, который еще пару дней назад казался мне таким уютным… Не знаю, кому как, а мне в этот момент уютно не было. Да и Игорю, судя по утомленному выражению лица, тоже.
