Но стоило мне ступить на эскалатор и устремиться на второй этаж, к магазинам с одеждой, как мобильный громко затренькал. Я перестала ждать звонков от Игоря, поэтому привычно, уже без былого волнения, сунула руку в сумку, вытащила телефон и откинула обложку. На экране отразился незнакомый номер, который программа-антиспам определила как «вероятно, полезный звонок». Наверное, потенциальный клиент – из тех, что узнал о нас от кого-то из наших прежних подопечных. Разговаривать не хотелось, но интересы дела были превыше всего.
Я нажала кнопку ответа и, услышав тихий голос, застыла на ступеньке и едва успела сойти с эскалатора. Отойдя в сторону, я зажмурилась на мгновение, открыла глаза и потрясла головой, словно могла сбросить с себя недоумение. Этого человека я ожидала услышать меньше всего…
– Майя, у меня новый номер, я выкинула старую симку, – еле слышно донеслось из телефона. – Прости, что беспокою, но мне больше не к кому обратиться… У меня почти нет денег, только на такси. Нужна твоя помощь. Мне страшно… Мы сбежали из дома.
– Я сказала, чтобы ехали прямо к нам в офис, – отчиталась я перед Ником, и он кивнул, уже набирая номер клиента, чтобы перенести запланированную встречу на завтра.
Пока друг в витиеватых выражениях приносил извинения за вынужденные неудобства, пискнул мой телефон, оповещая о новом сообщении. Я прочитала короткое послание – и уже через секунду была на улице. Буквально тут же к зданию офиса подкатила бело-желтая машина такси.
– Почему ты одна? – вместо приветствия бросила я, сгорая от волнения. – Сказала ведь, что вы сбежали из дома.
– Мы и сбежали. – Стася распахнула дорогущую эко-шубку веселого розового цвета, и на меня испуганно взглянули темные пуговки глаз. – Вместе с Мими. Я прихватила свой паспорт и кое-какие ценные вещи.
Стася дернула плечом, на котором висела довольно вместительная дамская сумка. Она была раскрыта, и я заглянула внутрь: почти все пространство занимала какая-то старая книга в потрепанной синей обложке. Так это же альбом с семейными фотографиями! Рядом обнаружились несколько разноцветных тряпочек, в которых я опознала комбинезончики для собаки.
– Я не успела собрать свою одежду, сбежала в чем была, – коротко отрапортовала Стася и нервно огляделась. – Давай зайдем внутрь, вдруг за мной следят…
Через двадцать минут сытая и отогревшаяся Мими уже дремала в кресле. Я успела сгонять в ближайший магазин, где схватила конфетки к чаю и первый попавшийся корм для собак. К моему удивлению, Мими не стала привередничать и преспокойно пообедала содержимым пакетика с нарисованной собачьей мордой. Видимо, прониклась серьезностью момента – как и мы все.
Руки тряслись от волнения, и я чуть было не ошпарилась кипятком, разливая чай по чашкам. Ник предусмотрительно отставил чайник подальше и, кивнув мне на место рядом со Стасей, уселся за стол напротив нас. Какое-то время мы трое пили чай с конфетками – молча и с такой сосредоточенностью, словно решали проблему мирового масштаба. Я понимала, что Стасе требуется время прийти в себя, и терпеливо ждала, хотя внутри вовсю бушевал тревожный шторм.
Наконец наша гостья отставила чашку и задумчиво повертела в пальцах конфетку.
– Не знаю, с чего начать… Понимаю, что свалилась как снег на голову, но идти мне некуда. А вы – все-таки юристы и более-менее в курсе дела. Никого не осталось: ни семьи, ни друзей. И дома у меня теперь нет, кто бы мог подумать… – грустно хмыкнула Стася и завела глаза к потолку, чтобы не заплакать. Бедняжка вздохнула, собираясь с силами, и вдруг четко произнесла: – Он оказался чудовищем.
– Кто? Твой муж? – мгновенно cреагировал Ник, словно ожидал чего-то подобного.
– Какой он мне муж? – Уже начавшие струиться по щекам Стаси слезы вмиг просохли от негодования. – Папа попросил обратить на него внимание, говорил, что Игорь – деловой, порядочный, что он меня любит. В отличие от Пети… Вы же знаете, как долго готовилась свадьба, а потом… потом случилась эта история с рестораном. Кто-то пронюхал и об измене, постепенно об этом узнали все вокруг. Пошли разговоры, даже деловые партнеры намекали, что папа теряет авторитет… И чтобы не опозориться окончательно, мы решили все же провести церемонию. С другим женихом. Я не хотела выглядеть униженной.
Так, пока рассказ Стаси совпадал с тем, что говорил мне Игорь. Но я никак не могла оправиться от потрясения, в которое вогнали меня ее первые слова. Игорь – и чудовище? Карьерист – да, безусловно, но в хорошем смысле. Что худого в здоровом честолюбии и стремлении занять высокое положение в обществе? В конце концов, я сама так мечтала о профессиональном успехе…
– «Папа попросил»? – Ник привычно вычленил из сбивчивой речи главное, пока я никак не могла собраться с мыслями. – А ваш брак вообще был зарегистрирован?
