Королевство Эгитея славилось тёплым мягким климатом. Зимой выпадал редкий снег, а на следующий день от него не оставалось и следа. Редкие дожди в январе и февральские ветра, что доносили остаток зимы с Северных королевств, делали эту страну раем на земле. Лето было тёплым и всегда солнечным. Благодарности за такую манну небесную не было предела от землевладельцев, что взращивали на своих угодьях различные культуры, обогащая казну и свой народ. Но как бы ни была прекрасна эта земля – это не родина. Хоувы перебрались сюда чуть больше восьмидесяти лет назад. Даже не так – бежали. Их никто не выгонял, за ними никто не гнался. Прапрадед, заметив за своими потерю дара, решил покинуть родные края и перебраться подальше от слухов и злой молвы. Но от себя не убежать.
Риган шла по центральной улице Ивердуна и наслаждалась царящей атмосферой всеобщего хаоса. По сторонам широкой мощёной дороги стояли трехэтажные разноцветные домики с ажурными занавесками и цветочными горшками на окнах. На первых этажах расположились всевозможные магазинчики. Бакалейные, пекарни, из которых выплывали ароматы свежеиспеченного хлеба, салон модистки, из открытого окна которого слышны были щебетание девиц, фруктовые и овощные повозки и многочисленные лавки с утварью на любой вкус и кошелёк.
Мелодичный перезвон колокольчиков от ловца духов привлёк внимание Хоув. Посмотрев в ту сторону, откуда доносился звук, она подошла к магазину. Деревянная вывеска над входом гласила – антикварная. Толкнув скрипучую дверь, оказалась в мире прошлого.
Запах пыли, старого дерева и ткани, что долго лежали в сундуке и отсырели, ударил в ноздри. Риган чихнула и почесала ладонью нос. Откуда-то из-за прилавка послышалось бодрое:
– Будьте здоровы.
Высунувшийся старичок в круглых очках с толстыми линзами и буйной копной седых волос на первый взгляд походил на сумасшедшего алхимика. Его старый, местами потёртый зелёный дублет был ему великоват и висел мешком. Ожерелье из морских ракушек, что побрякивало на шее, не добавляло ему авторитета.
– Чего угодно, юная мисс… – вопросительно вздёрнул широкие седые брови хозяин лавки.
– Хоув, – тихо проговорила Риган, словно стыдясь своей фамилии.
– Ах вот как, ну, осмотритесь. – И, снова нырнув под лавку, старичок загремел чем-то тяжёлым, потеряв интерес к покупательнице.
Риган осторожно стала продвигаться мимо стеллажей. Старинные гобелены, картины, рыцарские доспехи, ничего, за что мог зацепиться взгляд или её кошелёк. Послышалось тихое тикание и позвякивание. Обойдя начищенный до блеска щит и завернув за угол стеллажа, она увидела яркую фарфоровую кошку. Она сидела в неестественной для этого животного позе, откинувшись на задние лапы и привстав, и качала лапкой, к которой была прикреплена цепочка. На посеревших от времени позолоченных звеньях висел такой же окисленный от соприкосновения с воздухом кулончик. Аккуратно подцепив пальчиками тёмно-золотую нить, Риган рассмотрела цветок в виде четырёхлистного клевера.
– Какая удача!
Постучав по прилавку несколько раз, чтобы на неё обратили внимание, она улыбалась, и не было предела её счастью.
– Одна золотая монета, – с энтузиазмом протараторил старичок.
Зубы скрипнули, и улыбка стала сходить с лица.
– За медную подвеску золотую монету?
– Именно так и ни медяком меньше.
Последний раз взглянув на позолоченный клевер, Риган аккуратно положила украшение на прилавок и, резко развернувшись, зашагала прочь из антикварной лавки.
Ноги несли её в квартал оружейников и подмастерье, куда её ранее послал прадедушка.
Звон ударов молотов о наковальню, запах раскалённого железа и шипение воды разносились по улице. Подойдя ближе к оружейной семьи Гунтред, она застала своего нареченного за работой.
– Авель, можно тебя отвлечь?
Парень, оторвавшийся от работы, пристально посмотрел на Риган, от чего у той по спине прошёл холодок.
– Я бы хотела извиниться за то, что насыпала тебе соль в чай.
– Извинения приняты, что-то ещё? – сухой, без эмоций, голос будущего супруга рубанул, как лопата по картошке.
Риган, поёжившись, стала переминаться с ноги на ногу, не зная, как продолжить беседу. Когда семейство Гунтредов пришло в поместье для знакомства с невестой, её попросили обслужить гостей. В надежде разорвать помолвку, она не придумала ничего лучше, как сыпануть соли в чай гостям. Глупая затея. Получив такой нагоняй от главы семейства, что век не забудет не только она, но и родные, результат остался прежним. Что сделал или сказал такого прадед, что оружейники не передумали, она не знала.
– Неужели тебя устраивает наша помолвка?
– Мне всё равно. Ты или другая девица, есть ли разница? Родишь детей, будешь смотреть за хозяйством, ублажать мужа. Что, не справишься?
Риган подавилась воздухом. Горячим и плотным, что скапливался в кузнице. Огонь, что горел в горне, пылал и в её душе. Как и любая девушка, она мечтала о любви. Взаимной, нежной и страстной, но с Авелем её это не ждало. Сухо ответив «ясно» и сжав зубы с такой силой, что свело челюсть, Риган развернулась к выходу из мастерской и направилась в сторону дома, проклиная свой род.
