Полутьма. Низко нависшие над заброшенными аллеями ветви деревьев, шорох листьев кажется шепотом покойников в полуобвалившихся фамильных склепах и могилах с прихотливыми памятниками. Тлен и запустение царили здесь уже давно, и неприкаянные души гуляли меж своих последних земных пристанищ. Поднялся ветер, с Финского залива потянуло промозглой сыростью, которая бывает только у нас, в Санкт-Петербурге. Деревья заскрипели стволами, словно жалуясь на судьбу.
Старое лютеранское кладбище пользовалось дурной славой. Мало кто рисковал забредать сюда при свете дня, а еще меньше — ночью.
Мы вместе с «дважды пострадавшим» шли по аллее. Кстати, стрелок так и не назвал мне своего имени, ну а я не слишком настаивал, памятуя, что стало от любопытства с кошкой…
— Стоять! — шепот можно было принять за шорох листьев в кронах деревьев, но смысл был полон конкретики.
Из-за надгробия показались тени с уродливыми приспособлениями, закрывающими лицо. Мерцал зеленым единственный электронно-оптический глаз. Ночные стрелки использовали приборы ночного видения, причем — армейского образца. Вот идиоты! В войнушку на кладбище решили поиграть… Но стволы чего-то футуристического и однозначно крупнокалиберного были направлены мне в живот.
— Ребята, спокойнее… Здесь вам — не форт Брэгг.
— С фортом Брэгг вы угадали. Действительно, парни проходили стажировку у американского спецназа, — давешний седоволосый господин вышел из тени, держа в правой руке «Кольт». — Но приборы ночного видения они надели по другой причине.
— Рад, что вы живы, — коротко ответил я. — Ваш боец в порядке, договоренность выполнена.
— Да, вы правы, — седоволосый протянул мне пухлый конверт. — И с нашей стороны тоже.
Люблю европейцев: их щепетильность в денежных вопросах не может не вызывать уважение. Все, теперь — домой, отсыпаться. Хотя с такими деньгами можно позволить себе и иные, более изысканные радости, чем единожды утроенный и неизменный уют холостяцкой квартиры… Приятная мысль тут же согрела мне душу.
Один из парней со штурмовым американо-германским пистолетом «Хеклер-Кох» MK-23 Mod 0 US «Socom» понимающе и как-то ободряюще усмехнулся. Понимаю я его: у них в ордене жуткая смесь почти что монашеского образа жизни и жесткой армейской муштры. Я тоже улыбнулся — да, мужик, сегодня я гуляю, порадуйся хотя бы за меня, если сам лишен такого удовольствия…
Улыбка так и осталась сиять на лице парня, когда его грудная клетка словно взорвалась изнутри! Во все стороны полетели ошметки плоти и кровавые брызги. Я еще не успел ничего сообразить, но уже падал на землю — сработали вскормленные войной инстинкты. Мгновение спустя ночная тьма словно бы сгустилась, отрастив клыки и когти, и набросилась на «охотников».
Но поляки держали оружие наготове, и только это позволило им умирать в бою, а не быть растерзанными мгновенно. «Охотники» открыли шквальный огонь из штурмовых пистолетов. «Хеклер-Кох» — машинка мощная, под «сорок пятый калибр». Да и приборы ночного видения помогали им вести прицельную стрельбу. Несколько упырей упали замертво, нашпигованные серебром, словно свиной шпик — чесноком. Но кровососов было больше, атаковали они со всех сторон, казалось, не признавая законов физики. Только кружение смертоносных теней да лязганье затворов — и падающие на землю фигуры.
В рукопашной схватке накоротке вампиры обладали подавляющим превосходством. Всякие там серебряные кинжалы и мечи — всего лишь экзотика. Кровососа нужно расчленить, или отрубить голову, или разрубить от плеча до самой жопы. А к резаным и колотым ранам упыри невосприимчивы — кровь их только раззадоривает.
Из всех охотников самообладание сохранил только седоволосый. Он отстрелял обойму «Кольта», но перезаряжать не стал, сунув его в кобуру. Тела двух подстреленных им кровососов дымились от серебряных пуль. А у предводителя польских «охотников» в руках появилось нечто совсем невообразимое.
Массивный пистолет-пулемет с наклонной рукояткой и еще одной — на цевье, увешанный фонарем, лазерным целеуказателем и коллиматорным прицелом на рамках Пикатини, напоминал бластер из звездных войн. Из ствола вырывалось дульное пламя, а из выбрасывателя сыпались гильзы. Этот сверхкомпактный автомат изрыгал просто шквал огня, и при этом особой отдачи, судя по всему, стрелок не ощущал!
Трое или четверо кровососов полегли сразу же, разорванные смертоносными плетьми раскаленного серебра. Пули из чистого аргентума превратили их головы и тела в сплошную кровавую кашу, которая дымилась от ядовитого для вампиров металла!
Седоволосый с неожиданным для его возраста проворством прыгнул и перекатился, в движении сменив длинный сорокапятипатронный магазин. Мощный пистолет-пулемет был без глушителя и трещал зло и звонко.
