– Есть еще одна причина, почему ты хочешь, чтобы я была здесь, – сказала Романа.
– Ой, неужели? – Доктор отгородился от нее художественным свистом.
– Возможно, ты все еще не доверяешь мне. Что, если криккитцы все еще держат мой разум под контролем?
Доктор резко перестал насвистывать.
– Ну, так было бы легче узнать, что они задумали.
– Я тебя все еще немного беспокою, не так ли? – Романа усмехнулась.
Доктор вставил звуковую отвертку в замок. Та яростно загудела.
– Как трогательно! – восхитилась Романа. – Я польщена.
– Неужели? – Доктор постучал по двери. Та все никак не поддавалась. – Я просто все еще немного озабочен пятью миллионами роботов-убийц под твоим командованием.
– Вот и хорошо. – Романа жестом велела Доктору отойти. – К-9, – приказала она, – ну-ка выжги эту дверь к чертям собачьим!
…Идя по коридору, Доктор беспокоился за Вселенную. Что, если Романа была права в оценке его подозрений? Что, если ошибалась? Что так, что так – засада.
К-9 ткнулся ему в ногу. Пес перешел на тихое жужжание – скрытный режим, нечто среднее между эхом далекой газонокосилки и шарканьем старушечьих ног.
– Хозяин?
– Что, К-9?
– У меня вопрос – какова цель этого вторжения?
– Мы ищем следующее, порядок неважен: Абсолютное Оружие, планы построения и применения Абсолютного Оружия, способ победы над криккитцами. Можешь составить для нас план здания?
Уши К-9 зашевелились. Он был замечательным псом-роботом – мог перехватить потоки данных за пределами досягаемости самых мощных радиосигналов, хоть с луны у Стабрас-Бета, хоть из Сомерсета.
– Загружаю планы зданий. – К-9 был очень доволен собой. – Выявлены перекрестные ссылки с архитектурными теориями и базовыми геологическими исследованиями.
– И что из них следует?
– Информация к размышлению: существуют три скрытых этажа ниже фундамента – к ним ведет неиспользуемая лифтовая шахта на северо-востоке здания.
– Великолепно! – Доктор подозвал Роману, Джел и Сэра Робота. – Мною только что были выявлены секретные этажи в этом здании. – Он проигнорировал недовольное «кхе-кхе» питомца. – Мы отправляемся туда. Могут ли мятежники организовать отвлекающий маневр?
– На то есть причины?
– Ну, я довольно-таки неуклюж и непременно подниму тревогу, – признался Доктор. – Но если тревогу чуть раньше поднимет кто-то другой, у меня будет преимущество. Да, скажите мне, вы когда-нибудь что-нибудь поджигали?
Мятежники неуверенно переглянулись.
– Вам точно стоит попробовать! Только не начинайте с музеев изящной старины и картинных галерей – отдает максимализмом, да и вы сами потом пожалеете об этом. Найдите где-нибудь в этом здании оплот бумажной волокиты и спалите его.
– А как же…
– С нами все будет в порядке! Мы, во-первых, спустимся глубоко под землю, а во-вторых – у секретных бункеров всегда где-то есть аварийный выход. Так что отожгите по полной.
– Точно-точно?
– Абсолютно. Военные диктатуры не имеют сердца, но у них всегда есть аккуратная подача. И они ненавидят, когда эту подачу портят. – Доктор постучал своего пса-робота по голове. – К-9, ты же любишь поджигать вещи…
– Утверждение неверное, хозяин.
– Не скромничай. Катись отсюда.
И Доктор направился в подземелье вместе с Романой.
Мятежники под началом Джел вели себя довольно-таки вяло. Распаленные страстью и энтузиазмом Доктора, они с радостью отправились на штурм здания парламента, но вот сейчас-то их усилия по созданию отвлекающего маневра как-то поослабли. Они слонялись тут и там, спрашивая, нужна ли помощь прямо сейчас. Словом, атмосфера сложилась едва ли мятежная.
И тут, как назло, грянула неожиданная атака.
Доктор и Романа пребывали глубоко под зданием парламента. Мрачные бетонные коридоры тут сделались еще мрачнее. Исключение составляли стены, на которых висели картины довоенных времен. Вероятно, они были перенесены сюда, поскольку больше не соответствовали образу, который Криккит на себя проецировал. Счастливые криккиты на них резвились в нивах, танцевали джигу и собирали фрукты. Грустное зрелище.
Доктор и Романа стояли у переборки. Романа прищурилась – так, словно оценивала еще подсыхающую картину Пикассо, пока сам художник играл с Доктором в шашки на террасе.
Замки озадачивали Роману. Вселенная славилась желанием своих насельников что-нибудь куда-нибудь запереть – в хранилища времени, квантовые ячейки, сейфы, ящики Шредингера и так далее. Веру в то, что единственный способ сохранить нечто ценное – это навесить на дверцу замок, разделяли самые разные расы: от инсектоидов-катальщиков с их янтарными сокровищницами до Звездной Королевы, запершей весь неисчислимый выводок своих дочерей в одной большой комнате[32].
Романа пренебрежительно постучала по клавишам алгоритмического кодировщика.
Доктор переминался с ноги на ногу.
– Не хочу тебя торопить, – сказал он, – но я уверен, что слышу выстрелы.
– Ты их везде слышишь, – ответила Романа, вводя другую последовательность.
– Еще я слышу шаги. Злые роботизированные шаги, направляющиеся сюда. Думаю, это значит, что криккитцы приземлились.
