– Такое мог спровоцировать фейерверк и громкая музыка. Я ничего критического не вижу, но нам нужно будет оставить вашего сына под наблюдением на сутки. Пожалуйста, заполните документы и возвращайтесь домой. Вам нужно отдохнуть, а мы проведем полную диагностику утром, чтобы убедиться, что вашему сыну ничего не угрожает.
Мать кивнула, я позвонила коллегам и спустя несколько минут медсестры забрали мальчика, а мы заполнили документы и вернулись к себе в отделение. Коридоры больницы были пусты и наши тихие голоса резонировали от светлых стен. Свет был приглушен и только развешенные в коридорах гирлянды напоминали о том, что сегодня Новый год.
Зайдя в кабинет к Кайлу, я взяла уже остывшую чашку кофе и сделала большой глоток, чтобы хоть как-то сгладить повисшее молчание.
– Момент упущен?! – спросил мой куратор.
Я кивнула.
– Упущен.
– Тогда пойдем, я приготовил Эмме подарок. Поиграем в Санта-Клауса снова. – и уже на пороге кабинета, обернулся и спросил, – Лиз, а ты любишь ролевые игры?!
– Не уверена. Я и так каждый день играю во врача.
– Играешь?! Я думал у тебя все серьезно.
Мы продолжали перешучиваться на пути в палату, Эмма уже спала – мы тихо открыли дверь, чтобы не потревожить ее чуткий сон. Кайл аккуратно поставил запакованный подарок, а я поправила одеяло. Девочка повернулась к нам, внимательно посмотрела и, обращаясь к Кайлу сказала:
– Доктор, вы все сделали правильно!
А после отвернулась к стене и снова уснула. Когда мы вышли из палаты я не удержалась и спросила:
– И что же ты сделал правильно, док?!
– Ты рядом. – бросил Кайл небрежно. – Эмма посоветовала мне присмотреться к тебе повнимательнее.
Я смутилась и перевела тему.
– Итак, я не знаю, что произошло, но отец Эммы подписал документы.
Кайл кивнул.
– Мы с Джошем немного поговорили с ним.
– В каком смысле?!
– Ну, знаешь, меня некоторое время не отпускала мысль, что отец так наплевательски может относиться к дочери. Ну вот я и решил ему донести мысль о том, что он несет ответственность за свое дитя.
– Ты его избил?!
– Лиз, за кого ты меня принимаешь?!
Я недоверчиво взглянула на него, скрестив руки на груди. Кайл покачал головой.
– Нет! Я его не бил, но дал понять, что если он не передумает, мы встретимся в больничной палате. Он при этом будет в гипсе.
– Ай, не хочу знать! – воскликнула я, – И вообще, чем меньше свидетелей, тем лучше. Я правильно понимаю, что операция будет назначена в ближайшие недели?
– Да, через три дня консилиум, мы снова проведем обследование, госпитализируем ее отца для подготовки к операции, а после мы снова встретимся с тобой в операционной, чтобы спасти малышку. Кстати!..
Кайл резко остановился и повернулся ко мне. В его темных глазах отображались лампочки гирлянд. Слегка всклокоченные волосы предавали его образу такую романтичность. Униформа, белый халат, его признание про отца Эммы. В эту минуту я как-то по-новому посмотрела на Кайла. Мне захотелось, чтобы сейчас он обнял меня и никогда не отпускал.
– Да?! – спросила я с придыханием, стараясь скрыть волнение от мыслей. кружившихся в моей голове.
– Я обещал Эмме, что подарю ей шахматы, поэтому буду рад, чтобы ты составила мне компанию, когда я буду делать покупку. Я покажу тебе китайский квартал, накормлю самой вкусной едой в одном замечательном ресторане, если ты поможешь мне выбрать лучший набор для нее.
Я кивнула, обрадованная его просьбой. Чтобы скрыть волнение, я быстро ответила:
– Хорошо! Я пойду сделаю обход и немного вздремну в ординаторской.
– Да, поспи. Мне надо подготовить отчет перед отъездом.
Сердце пропустило удар. Я и забыла, что совсем скоро Кайл уволится. Я тихо спросила:
– Когда ты уезжаешь?
– Будет зависеть от даты твоей финальной операции.
Я достала телефон из кармана и пролистала календарь.
– На следующей неделе я буду сдавать предварительное тестирование – сообщу тебе результаты. Насколько я понимаю, тебя не будет в городе больше недели.
– Да, я буду в Атланте. – ответил Кайл.
Я пошла в сторону ординаторской, чтобы взять планшет для обхода, но остановилась и окликнула моего куратора.
– Кайл, объясни мне, если ты не собираешься жениться, зачем ты с ней?!
Он подошел ко мне и запустив руку в волосы, растрепал прическу еще сильнее, а потом ответил.
– Потому что я не могу быть с тобой.
– А если мог бы?!
– А если мог бы, то, не сомневайся, я постарался бы сделать тебя самой счастливой женщиной на свете.
Он развернулся и пошел по коридору, а я осталась молча стоять и смотреть ему вслед. Простояв так несколько минут, я начала обход, но еще долго не могла успокоить свое сердце, которое было готово выпрыгнуть из груди.
Как и следовало ожидать, я ни на чем не могла сосредоточиться после нашего разговора с Кайлом. Вроде бы у нас установились дружеские отношения, мы объяснились друг с другом, но легче мне не стало. Наоборот, в голове крутилась его последняя фраза, сказанная мне в новогоднюю ночь.
