Долг – Отечеству, честь – никому… полностью

Всё это наводит на мысль, что у Бабушкина имелся свой, личный, способ сохранить заработанное. Почему бы ему, помимо прочего, не давать деньги в рост? Только так можно было сохранить наличность от инфляции-девальвации ну и… от налогового инспектора. Отсюда и многочисленные расписки, условия и даже наган. Револьвер – самый надёжный «друг и защитник» любого коммерсанта в «зыбкие» годы. (Хотел бы спросить, у многих из вас хранится дома пистолет? То-то и оно, что лишь у тех, кто связан с бизнесом.)

В тот день, когда Бабушкин вернулся в родные Заструги, на дворе был праздник, всё предвещало хороший отдых. Нужно знать, что деревенская гулянка – дело особенное. Это обильный, сытный стол; разговоры, байки, воспоминания, смех, песни, гармонь. И… кумышка. Без последней – никак. Праздник на то и праздник, чтоб «было что выпить и закусить». На праздник, знают все, даже царь-батюшка «пригублял», что уж говорить о простом мужике-крестьянине. Потому отказываться не принято.

Будучи трезвенником, Бабушкин не любил пьянки. Зато знал, когда можно и с кем. Матросская чарка в долгом плавании – за первое дело: расслабляет и успокаивает. И в праздник – хорошая традиция. Главное, знать норму; и опять же – с кем и сколько. Может, потому и домой приехал, чтоб если погулять – так со своими. Но до шестнадцатого «держался» как мог.

Убийца твердил, что они в деревне пили чуть ли не каждый день; а вот в заявлении брата погибшего, Алексея Фёдоровича, сказано про Бабушкина: «…накануне был трезвый». Пусть даже и не совсем трезвый, а «малость пригубивший», что с того?

Бабушкин приехал вновь не один – с «помощником» по имени Леонид. Под этим именем того и запомнят в деревне. Приезжий постоянно крутится рядом с их земляком-богатырём. Деревенские не особо приветливы к чужакам, но этого не трогают – как-никак «Васильев помощник».

Теперь представим следующее. Турне по крупным торговым городам оказалось прибыльным, и Бабушкину удалось неплохо заработать. Он понимает: чтобы сохранить деньги, их следует куда-нибудь вложить – например, в товар. Но с товаром особо не погастралируешь, да и вообще, много возни. А вот долговая расписка о получении денег, тот же вексель – совсем другое дело.

Последнее место гастролей – Чувашия. Перелистаем несколько страниц текста назад, найдём записку-условие на имя Поддубного с рекомендуемой процентовкой надбавки к стоимости билетов на передние ряды. Обратим внимание на подпись: «Волорганизатор Р. Л. К. С. М. по Шихазановской волости…» Далее внимательно посмотрим на данные загсовой «выписи»: Шихазановский ЗАГС Цивильского уезда А. Ч. С. С. Р. Шихазаны – местечко под Канашом. А в Канаше, как мы помним, проживал на момент преступления сам Орлов и его родители.

Таким образом, незадолго до гибели Бабушкин гастролировал на родине убийцы. Вспомним, что говорил следователю Орлов: «…отца и матери я не знаю. Родных никого не имею. Из деревни я ушёл годов 8. Родился в 1909 году в дер. Дальний Сормо, Шибалгинской вол. Никого из граждан этой деревни я не знаю, и меня также никто не знает… В заговоре в убийстве Бабушкина со мной никто не был. О том, сколько времени я был вместе с ним и где именно, подтвердить никто не может».

Следователь был умным, а потому сразу заподозрил неладное. Но слишком уж убедительно и резко убийца обрывал все ниточки, связывавшие его с «отчим домом»: родителей не знает, родных никого, деревенских тоже не знает, и они его не помнят. А ведь это и есть самое «слабое звено» преступника. Лжёт не краснея! Там, у себя на родине, он знал многих, а его и подавно. Даже начальник Канашского угрозыска – и тот расписался в своём с ним знакомстве. Поэтому о «чистосердечном раскаянии», о котором сказано в приговоре губернского суда, не могло быть и речи. Изощрённая изворотливость – вот отличительная черта гр-на Орлова.

Теперь уже не приходится сомневаться: за спиной у Орлова стоял некто, кого он уважал и, возможно, даже побаивался. (Не исключено, что даже подчинялся.) По крайней мере, боялся больше, чем всю милицию и прокуроров со следователями вместе взятых.

Если предположить, что Бабушкин не без помощи того же Орлова одолжил кому-то крупную сумму денег (под расписку или вексель), то всё в этой непонятной «мозайке» становится на свои места. Даже роль Орлова. Нет, Орлов – не хладнокровный наёмный киллер, приехавший убивать. Перед ним стояла совсем другая задача: вернуться с заработанными за сезон деньгами и, желательно, привезти финансовый документ (или документы).