Двоедушники по-разному переживают смерть пары, но это всегда – удар, с которым мало что можно сравнить. Легко понять, как юноша, не справляющийся с оглушившим его горем, решает разорвать все, что связывает его с прошлой дорогой. Если же он еще и потерял зверя, которого поймал буквально вчера…
В общем, его, конечно, искали. Но как-то без огонька.
Тем не менее полиция не зря ест свой хлеб, и уже через несколько недель Вердала задержали в Кляу, провинциальном городке на западном побережье.
Сперва все шло довольно спокойно. Он легко согласился с тем, что да, действительно, документы «не официальные», но отрицал подлог и любую материальную выгоду. Он не выдавал себя за другое лицо и не занимался ничем противозаконным. За это ему грозил штраф или исправительные работы до полугода, на усмотрение судьи.
Подозреваемый держался спокойно и, единственное, просил не извещать семью. Эту просьбу было несложно выполнить: к тому времени его родители, пара крыс, давным-давно уехавшие из столицы в захолустье на побережье, уже были мертвы.
Про смерть Ары его тоже спросили, но он не сказал ничего нового. Да, немного повздорили; толком уже и не вспомнить, почему. Девушка расстроилась, конечно. Бил? Толкал? Разве что случайно. Разошлись. Думал, встретимся утром, а она…
В общем, все шло спокойно, пока не приехали лисы. А лисам было по большому счету все равно на всякие там душевные терзания; лисы спросили только: почему же ты ничем не пахнешь?
Несколько минут, говорят, он еще отпирался. Но когда вопрос повторили в пятый раз, с Вердалом что-то… случилось.
– Туда ездил мой учитель. – Легкость, с которой Арден рассказывал раньше, вся куда-то ушла. Теперь он смотрел в точку и крутил в руках кончик косы. – Мастер Залер, лис. Он описывал это как… бешенство или одержимость. У Вердала изо рта повалила пена, он что-то орал, бился головой об стол, разбил себе нос, потом бросался
– Подожди… что?
Арден только поморщился и кивнул, а я поняла, что неосознанно сжимаю и разжимаю кулаки.
У меня отчаянно сушило горло. Я забрала у Ардена стакан воды, сделала несколько глотков, прополоскала рот. Мастер Дюме сидел на табурете в углу с отсутствующим лицом и натирал камни в посохе.
За окном – солнечный снежный день, и небо голубое-голубое. А здесь, подумать только, какие-то медведи.
– Это ерунда, – сказала я наконец. – Он поймал тура, это совершенно точно. Так сказала Ара, а с чего бы ей… не могла же она тогда врать?
Это прозвучало жалобно.
Она была для меня… образцом. Я с раннего детства хотела быть, как она, – такой же сильной, искусной, яркой. Я пыталась косы плести, как она, занималась танцами и даже пошла на курс по защитным чарам, которые никогда толком мне не давались.
Со временем ее образ сделался блеклым, туманным. Раньше я легко могла увидеть в пустоте ее лицо: я ехала в трамвае, а она будто бы сидела рядом. А в Амрау я всегда представляла за столом, как она изящно накалывает картофель на вилку.
На стул Ары на кухне никогда никто не садился.
– Я не думаю, что она врала, – мягко сказал Арден. В его голосе мне почудилось тепло. – К тому же есть и другие свидетельства. Тем не менее он обратился медведем. И лисы рыли землю, но не смогли его найти.
Даже здесь Ара, похоже, была лучше меня. Потому что ее пара легко дурила голову полиции, а я попалась, тупица, на дурацких документах…
Арден тем временем рассказывал: поиск Вердала стал для Сыска даже более приоритетным. Однако было совершенно не ясно, как именно его ловить – ведь к медведям и турам должен быть несколько разный подход. Кроме того, Вердал снова растворился безо всякого следа.
И тут так совпало, что Арден приехал в Огиц – забрать меня, что никак не связано с этим расследованием. И поймал не запах даже, нет; скорее, такую же странность, искусственность, натужную пустоту там, где он должен быть.
Только это не был Вердал. Это была я.
– Очень удачно получилось, что ты меня не узнала. – Арден сказал это и покосился на меня: должно быть, догадывался, что я не согласна с формулировкой «удачно». – Я предполагал, что наша встреча может пройти более бурно! И опять же, что бы я делал, если бы ты оказалась каким-нибудь крокодилом?
– Кро… чем?
– Крокодилом. Это такая огромная шипастая ящерица, неважно. В общем, я был очень рад, что ты все еще ласка, даже если ласка немного буянит…
– Ты следил за мной!
– Ну конечно. – Он пожал плечами.
– Ты мог бы просто… спросить.
Арден взглянул на меня пытливо.
– И ты бы ответила?
Нет. Конечно же, я бы не ответила. Я бы надела ему на голову вазон и уехала на острова.
В принципе, почти так я в итоге и поступила.
