Долгий путь к маленькой сердитой планете полностью

Розмари облизнула губы, стараясь не обращать внимания на дуло винтовки прямо под носом. Она встретилась взглядом с Сиссикс – та была напугана, но пыталась подбодрить ее. Девушка вонзила ногти себе в ладони, чтобы никто не заметил, что у нее трясутся руки.

– Киба вус ханто эм? – сказала она.

Акараки умолкли. Все застыли.

– Да, – наконец ответило «синий костюм». Оглянувшись на своих спутников, оно указало на Розмари. – Наконец!

Винтовка по-прежнему была направлена девушке в лицо.

Здоровенный акарак поспешил к Розмари.

– Мы заберем у вас еду и все, что нам пригодится, – сказало он. – Если вы будете сопротивляться, мы вас убьем!

– Мы не будем сопротивляться, – сказала Розмари. – Обойдемся без насилия. Меня зовут Розмари. Вы можете называть меня Роз’ка. – Так ее называли на уроках хармагианского языка в школе. – Я передам ваши слова остальным членам экипажа.

«Синий костюм» убрало винтовку, но по-прежнему держало ее направленной на девушку. Акараки закаркали, общаясь между собой.

Наконец большой акарак кивнул Розмари и ткнул себя в грудь.

– Я наш командир. Ты не сможешь произнести мое имя, а я не стану притворяться, будто у меня есть другое. На борту вашего корабля есть еще кто-нибудь?

– Наш навигатор находится у себя в каюте. Он существо мирное и никого не обидит.

Розмари посчитала, что лучше не поднимать сложную тему насчет местоимения множественного числа.

– Если это ловушка, я тебя пристрелю! – пропыхтел капитан Большой.

Обернувшись, он каркнул приказание одному из акараков, и тот бегом бросился к лестнице.

– Что случилось? – спросила Сиссикс.

– Акарак побежал за Оханом, – объяснила Розмари. – Я объяснила, что они безобидные, и сказала, что мы не окажем сопротивления. – Откашлявшись, она снова перешла на ханто. – Наш экипаж готов вам помочь. Пожалуйста, скажите, что вам нужно.

– Еда, – ответило «синий костюм». – И техника.

Розмари осенила идея. Она плохо разбиралась в культуре акараков, но из того, что она о них читала, ей было известно, что они очень высоко ценят понятия равенства и справедливости. До появления хармагиан у акараков даже в мыслях не было взять больше того, что может тебе пригодиться. Розмари слышала, что это правило сохранилось до сих пор; это чувствовалось даже во фразе капитана Большого: «Мы заберем у вас еду и все, что нам понадобится». На ханто семантика этих слов подразумевала: «и больше ничего». В голове Розмари лихорадочно кружились мысли. Девушка гадала, достаточно ли этой обрывочной информации, чтобы пойти на риск. У нее в сознании громко звучал голос самосохранения: «Молчи, просто отдай им все, иначе тебя пристрелят», однако храбрая мысль все-таки одержала верх.

– Сколько человек у вас на борту? Среди вас есть дети?

«Синий костюм» снова вскинуло винтовку.

– Какое тебе дело до того, сколько нас? – рявкнуло оно. – Ты сделаешь все так, как мы говорим!

Розмари покачала пальцем, успокаивая его.

– Я не спорю. Но если вы сможете оставить нам достаточно продовольствия, чтобы мы смогли продержаться до ближайшего рынка, мы будем вам очень признательны. Как и у вас, у нас нет никакого желания умереть в открытом космосе. Далее, я читала, что у малышей-акараков очень специфические потребности относительно питания. Если у вас на борту есть дети, нужно позаботиться о том, чтобы в нашем продовольствии присутствовали все необходимые питательные элементы.

Капитан Большой задумался.

– Да, у нас на борту есть дети, – сказало он наконец.

Розмари восприняла это как хороший знак. Если не брать в счет разбитое лицо Эшби и импульсные винтовки, эти создания не производили впечатление тех, кто любит насилие. Просто они были на грани отчаяния.