Он немного помолчал. Джейк ощутил разлившуюся в воздухе неловкость.
— У тебя, конечно, лишних выпавших зубов с собой нет, да? — с сомнением посмотрел на него охотник.
— Нету, — осторожно ответил Джейк. Едва зажившая дыра в десне отозвалась неприятной болью. — А… Зачем они вам?
— Iaculat[Дробь (выстрел)], - ответил охотник. — Дробь. Для ружья, — он похлопал рукой по плащу. — Некоторые твари крайне чувствительны к детским зубам.
У Джейка на лице ярко расцвело непонимание и недоверие.
— Пытались, одно время, делать пули из зубов, но убойная сила и точность крайне мала. Дробь — еще куда ни шло… — Охотник посмотрел в глаза ребенку. — Не веришь, да?
Джейк осторожно помотал головой. И ощутил острый приступ боли в затылке — тварь все же здорово приложила его к стене.
— У всех живых существ свои уязвимые места. Самые слабые — люди. Их и обычным свинцом убить можно. Черт, да их вообще хоть чем убить можно! Нежить серебра боится — пальни в него серебряной дробью — и крышка ему. А вот разные монстры… Это уже сложнее. Например, в йети можешь сколько угодно стрелять свинцом или серебром — ему хоть бы хны. А вот шмальни в него янтарем — и все, крышка. А вот такие, — охотник махнул рукой в сторону трупа (который не выпускал из поля зрения ни на минуту; мальчик понял, что охотник говорит с ним просто потому, что хочет убедиться, что тварь — точно сдохла; разговором коротал время), — боятся детских зубов. Трудно сказать, почему. Магия? Волшебство? Не знаю. Думаю, тут все дело в вере. Дети во многое верят. В чепуху всякую. А когда взрослеют — вера эта уходит. И зубы выпадают. А на их место — вырастают новые. Не знаю, короче, почему. Я просто знаю, как убить этих тварей. А почему они дохнут именно от этого — мне безразлично. Понимаешь?
— Да, — кивнул Джейк. — Это как фермер: посадил картошку и знает, что поливать надо водой. А уж как она там растет и почему — уже не важно.
— Типа того, — сказал охотник. Он пару секунд подумал над этим и сказал: — Ex animo, frater[От души, брат!]! Суть ты ухватил. Мда. Жаль, что зубов нет лишних. Да ладно. Ты лучше скажи, что делаешь тут, дурень? Ночь на дворе, а
Джейк уж хотел было спросить, что там, за
— Я ищу свою маленькую сестренку…
И он рассказал человеку, спасшему ему жизнь, свою историю. Про сатира он говорить ничего не стал и сократил все до минимума — испугался.
— Хммм… — охотник задумался. — Правильное дело делаешь, я тебе скажу, — промолвил человек. — Опасное, но правильное. Сиденьем на жопе делу не поможешь, а?
Джейк кивнул.
— Помочь я тебе не смогу, уж прости, — сказал охотник. — Но вот удачи пожелаю и…
Он на миг замолчал и прислушался к чему-то. Медленно и тихо он достал из-под плаща двустволку. Джейк боялся даже вдохнуть лишний раз, чтобы не помешать. Охотник тихо-тихо вытащил ярко-красные патроны из ствола и аккуратно вставил туда светло-зеленые. Он внезапно повернул к Джейку голову и отчетливо сказал:
— Беги.
Джейк не заставил себя просить дважды. Подхватив лампу, мальчик быстро захромал в сторону площади. Охотник направился же в противоположном направлении. Он резко щелкнул двустволкой, и уверенным шагом двинулся куда-то в ночь. Ночь услужливо отправилась ему навстречу.
— Гоп-стоп, мы подошли из-за угла! — разнесся бравурный голос охотника на ведьм откуда-то из тьмы. Потом где-то вдалеке сверкнуло и дважды бабахнуло. Послышались крики.
Охотник тоже кричал.
Джейк постарался аккуратно побежать — мешала подвернутая лодыжка.
«Сегодня явно не мой день» — подумал мальчик.
Он вернулся на площадь и остался в темноте — наконец-то погасла свеча в фонаре. Джейк поставил фонарь на землю и наощупь заменил в нем источник света. Чиркнул спичкой и вновь фонарь выдал ему маленький пятачок света. В этом маленьком кругу без тьмы, кроме Джейка и основания монумента человеку с крюком вместо левой кисти, очутился маленький клочок бумаги. Мальчик недоумевающе посмотрел на него и почему-то в памяти всплыла лавка менялы, в которую он заходил… когда? Сегодня? Вчера? Двадцать лет назад?
Что-то важное…
Афиша цирка!
Джейк подобрал пестрый лист бумаги. Всё как всегда: жутко-разноцветные клоуны с безумными глазами, отчаявшиеся звери с глазами навыкате, анатомически невозможные гимнасты. Рисовальщики афиш всегда умудрялись сделать из приглашения на праздник веселья билет в какое-то жуткое место.
Мальчик вспомнил, что пришло ему в голову, когда он увидел афишу на двери менялы: в