Прокравшись мимо распотрошённых грузовиков и разбитых грузовых палет, они остановились невдалеке от здания фабрики, выключили фонарик и спрятались за кабельной катушкой. Тишину нарушали только проезжавшие время от времени редкие машины.
– Я проберусь внутрь, а ты останешься здесь, в укрытии, – предложил Юри.
– Ну уж нет!
Джес встала и, слыша за спиной ворчание Юри, побежала к зданию. В конце концов, они не планировали ни на кого внезапно нападать. Если сестра Арвида здесь, пусть себе увидит их.
Крошащиеся бетонные ступени привели их на крытую погрузочную площадку. Видимо, раньше здесь загружались грузовики. Свет фонарика блуждал по кирпичной стене, облепленной разными бумажками. Какие-нибудь рабочие инструкции, предположила Джес и подошла ближе. Однако она ошиблась. Это были сплошь написанные от руки сообщения, причём почерк на них различался так же, как и то, чем их писали. Маленькие карандашные записки, написанные тонким грифелем, перекрывались большими постерами, исписанными печатными буквами. Наклеенные на стену куски картона, газетные страницы, салфетки из фастфуда – похоже, в ход шло всё, на чём можно писать. Джес посветила на одну записку, которая болталась на ниточке прямо перед ней.
Джес провела рукой по пожелтевшим листкам. Десятки посланий, порой корявые и неразборчивые.
Иногда изысканные и давностью всего несколько недель.
Это что, лирика гулей?
– Джес, иди сюда! Думаю, ты была права.
Юри стоял перед громадной откатной дверью, через которую когда-то подавались товары для дальнейшей транспортировки, и показывал на ржавые ворота. Чтобы их разглядеть, Джес пришлось направить на них луч фонарика. На них явно в большой спешке неровными буквами была из баллончика распылена какая-то надпись. Джес потребовалось время, чтобы её расшифровать. Пока она читала, губы её беззвучно шевелились, а по спине бежали мурашки.
Протерев глаза, Ариан зевнул, словно хотел проглотить ночное небо вместе с растущим месяцем. Его дыхание золотым облачком медленно растворялось в свете фонаря. Мороз кусался, и Ариан натянул шарф на нос. Булыжники Ясеневой аллеи извивались по тёмному Аркену подобно чешуйчатому туловищу какой-то рептилии. За спиной знакомо постанывал и кряхтел дом. Дверь распахнулась, и вниз по лестнице протопали шаги. Когда к Ариану, пошатываясь под тяжёлым грузом, подошёл Бьорн, мальчик отпрянул: за ящиками и пакетами он едва узнал соседа-великана.
– Это что ещё за барахло?
– Разве ты не сказал, что возьмёшь на себя работу Джес? Ну так вот: это её работа, – объяснил великан голосом, который мог бы содрать кору с деревьев. Ариан скорее ощущал этот голос, чем слышал его.
– Да, конечно, но я думал, что нужно доставлять ещё больше книг, а не вот это всё. – Он показал на бесформенный пакет, из которого сочилась какая-то тёмная жидкость.
Бьорн, проследив взглядом за его жестом, нахмурился:
– Поверь, тебе лучше не знать, что там внутри.
Отступив ещё на шаг, Ариан упёрся в садовую ограду. Бьорн принялся наваливать в грузовой велосипед деревянные бочонки, книги, бутыли с неопределяемым содержимым и воняющие чем-то затхлым холщовые мешки. В жидкости внутри пузатой банки для консервирования что-то вздрогнуло.
– Там… там что-то шевелится! – указал Ариан на банку, другой рукой держась за ограду.
– Большая удача! Беспокоиться нужно, если перестанет шевелиться.
С Бьорном никогда не поймёшь, шутит он или нет. Втянув голову в плечи, Ариан слегка наклонился вперёд. Сейчас жидкость была неподвижной, как застывшая смола.
– Мне лучше… – судорожно сглотнув, он показал на банку, в то же время стараясь не слишком размахивать рукой, – лучше не знать, что это?
Бьорн склонил голову, словно что-то прикидывая в уме:
– Смотря по обстоятельствам…
Ариан решил не сдаваться:
– По каким ещё обстоятельствам?
– Позавтракал ты уже или нет, – великан лукаво улыбнулся, и Ариан понял, от кого это перенял Юри. Ответ его устроил. Он махнул рукой, почувствовав, как желудок запротестовал, когда перед глазами встали картинки извивающихся щупалец в коричневом соусе.
– Вообще-то мне вовсе не нужно знать так уж точно.
Бьорн похлопал Ариана по плечу, чуть не свалив его с ног:
– Зачастую так оно и лучше. Просто не думай об этом. Следи только, чтобы банка не стояла слишком близко вот к этому. – Он вновь поднял протекающий пакет. Ариан кивнул. Не потому, что понял, а потому, что не знал, что ещё сделать.
Его потрясло, сколько всего исчезло в бардачках, багажнике и большом ящике между передними колёсами:
– Никогда не подумал бы, что всё это сюда влезет.
Бьорн ласково, как домашнего питомца, погладил седло:
