– В том-то и дело, что Красная Молния не только быстрая и устойчивая, но ещё и вместительная. Но ты ведь в курсе, что самое лучшее в велосипеде – это мотор.
Когда великан рано утром постучал в дверь, Ариан только-только успел забраться в постель. По крайней мере, так ему казалось. Сны его, правда, не беспокоили, но сейчас он чувствовал такую усталость, что спросил:
– Мотор?!
Глаза Бьорна насмешливо сверкнули, и тут Ариан сообразил:
– Ах вот оно что: в смысле – я.
Бьорн вручил ему список доставок и указал на грузовой велосипед, словно приглашал забраться в элегантную повозку. Ариан сел и надавил на педали. Никакого эффекта. Сначала он подумал, что велосипед удерживает Бьорн. Но тот, подбоченившись, стоял рядом словно статуя. Неужели у этого страшилища все три колеса сдулись? Или ободья колёс настолько заржавели? Но наконец педаль подалась, и колесо лениво сделало пол-оборота. Из-под рыжей бороды великана донёсся клокочущий рокот, и он сделал рукой приглашающий жест:
– Ты же знаешь, что есть только две возможности что-нибудь сделать – сразу правильно или повторяя попытку снова и снова.
Ариан незаметно для Бьорна закатил глаза и вновь приналёг всем своим весом, чтобы сдвинуться с места. Припав к рулю, он хрипел от натуги, но велосипед лишь скрипел, как ржавая кладбищенская калитка. Наконец Бьорн сжалился и придал Красной Молнии ускорение: он толкнул багажник, и грузовой велосипед покатился.
– И всегда помни… Если тебе слишком холодно, значит, ты недостаточно быстро крутишь педали.
Похоже, у Бьорна имелись в запасе и другие советы, но все остальные звуки поглотила булыжная мостовая. Ариан обхватил руль, чтобы не упасть.
И зачем он только в это ввязался?! Или почему хотя бы не спросил Джес, что за работу должен на себя взять? Наверняка ей никогда не приходилось развозить посылки посреди ночи на этом трёхколёсном чудище.
Вчера он полвечера отрывал листья тимьяна от стеблей и консервировал их с чесноком в оливковом масле. После этого полил все растения в доме набранной в полнолуние водой и натёр стропила нарезанным луком – якобы это помогает против древоточцев. Он не знал, произведёт ли лук впечатление на древоточцев, но вот сесть с ним рядом в автобусе точно никому не позволит. Полностью избавить его от лукового запаха не смогла и горячая ванна. Почему от Джес никогда не воняло луком, а всегда пахло лавандой и олеандром?
Наверное, эти задания были всего лишь местью тёти за то, что он ничего не рассказал ей о планах Джес уехать.
– Джес делает что должна, а ты сделал то, что считал правильным, – был её ответ, когда Джес не появилась к завтраку и ему пришлось объяснять тёте, что она задумала. И выдохнула в чай так, словно собралась рухнуть в чашку. – Я попрошу Барнеби поискать её. Ты не знаешь, где она?
Ариан только покачал головой.
– Ну что ж, если я правильно тебя поняла, её работу ты берёшь на себя? Чудесно, список лежит на кухне. – Голос её при этом звучал не так уж слабо.
Едва он заканчивал какое-то одно дело, список постоянно пополнялся следующим. То, что Джес со всем этим справлялась, граничило с колдовством.
Пятая точка у Ариана зудела от бесконечной тряски. По счастью, от верхнего города в старый центр дорога вела вниз. Красная Молния катила мимо спящих домов и видящих сны переулков. По Ясеневой аллее и зигзагом по улицам верхнего города, по совершенно пустым площадям, мимо газовых фонарей и под тёмными мостами. Тяжёлый велосипед безжалостно катился по щебёнке, гравию и булыжнику. Стояла полная тишина, только колёса шуршали. Никаких голосов в его голове или вокруг. Аркен спал, и Ариан не видел никого на улицах или за тёмными окнами. Такое спокойствие, словно он единственный на свете, и это чувство было приятнее, чем он ожидал.
От большинства посылок он уже избавился. Он клал их у дверей, люков, калиток и один раз – у опускающейся решётки ворот. Один холщовый мешок ему даже пришлось засунуть в дупло. Адреса были типично аркенскими. На протекающем пакете не стояло никакого имени, зато корявым почерком, который при свете фонаря едва можно было разобрать, значилось:
Ариан в вытянутой руке отнёс холодный размякший пакет к люку и положил на крышку. Ничего не последовало. Пожав плечами, он сделал три шага к велосипеду. Когда он садился, пакет уже исчез. Именно так в Аркене и бывает. Он погрохотал дальше вниз по улице, велосипед заметно полегчал. В его списке оставалось всего три имени с пометкой «
