Она сама не знала, как вышло так, что в свои неполные шесть лет ее сын был ее главной опорой, гораздо более сильной, чем бабушка, свекровь или лучшая подруга. Он никогда не был обычным мальчиком – он был очень, порою даже слишком веселым и шаловливым, но при этом он ухитрялся быть не по годам мудрым и ответственным. Джоанна сама никак не могла взять в толк, как сочетались в нем эти качества, однако они сочетались. Ее мальчик всегда очень хорошо оценивал обстановку вокруг себя, и был рьяным защитником матери и сестер.
Бен обнимал маму, зная, что она скоро успокоится. Исчезновение отца, которого он очень любил, заставило его с ранних лет чувствовать и принимать ответственность за маму, бабушку, прабабушек и сестер. Он был единственным мужчиной в доме, кроме, пожалуй, садовника Вуда, который не считался, так как не был членом семьи, и он понимал, насколько он важен, и насколько велика его ответственность перед женщинами в его семье.
У Бена была чуткая и светлая душа, он с малых лет научился понимать и бабушку, и сестер, ощущать их настроение… Легкий и веселый, хотя и несносный порой в его озорстве характер помогал ему уживаться с кем угодно, а потому он прекрасно ладил и со старшей сестрой, настоящей леди, и с младшей, озорницей и пацанкой. Однако ни с кем его связь не была так сильна, как с матерью. С самого рождения они были друг для друга всем, понимали друг друга с полуслова. Бену, единственному из всех, Джоанна позволяла видеть не только свой смех, но и слезы, и мальчик принимал их с недетским хладнокровием, успокаивая и утешая маму.
Отстранившись, когда материнские рыдания затихли, он аккуратно стер последнюю слезу с маминой щеки и сообщил:
– Там Хелен снаружи осталась. Она с мистером Вудом, но ей уже пора домой. Становится холодно и темно, мы доиграем в садоводов завтра.
Джоанна кивнула, поднимаясь на ноги, взяла сына за руку и спустилась в сад, чтобы забрать дочь внутрь.
Бен оглянулся при спуске, и усмехнулся, тоже слыша, как его старшая сестра, бубня что-то себе под нос, танцует в соседней комнате. Затем вздохнул и покрепче сжал руку Джоанны.
========== Часть 15. Откровенность ==========
Фрэнсису было девять, когда умер его отец. Матери он вообще не помнил, та умерла родами Луизы, когда мальчику было всего два, а потому его растили мать отца, бабушка Аннабель, и ее сестра, Амелия Фреймс. Сын Аннабель, и без того не слишком старательный и деятельный по жизни, после смерти жены совершенно замкнулся в себе, очень редко обращая на собственных детей хоть какое-то внимание. Однако Фрэнсис все равно очень любил папу, и искренне радовался, когда тот изредка приходил поиграть с ним и его сестрой, а потому его внезапная смерть совершенно раздавила мальчика. Не способствовали улучшению его состояния и обстоятельства: в тот день мистер Дейл как раз был в редком хорошем настроении, и он возвращался домой с подарками для детей, которые, конечно же, ждали и отца и подарки у окна. Не дождались.
Фрэнсис по природе был мальчиком очень добрым и общительным, а потому его любили все вокруг, хотя большого количества настоящих друзей он никогда не имел. В его весьма ограниченный круг близких друзей почему-то входила и бледненькая девочка из соседского богатого особняка, где работала бабушка Амелия. Подруга бабушек, старушка Бетти, нередко приводила ее с собой, когда заглядывала в гости, и Фрэнсис и Луиза с удовольствием играли с ней в самые обычные игры. Правда, при их знакомстве выяснилось, что ни в одну из даже самых обычных игр она играть не умеет, но это дети быстро исправили, и скоро маленькая Джоанна стала для них чуть ли не членом семьи, хотя и появлялась у них нечасто – ее отец был очень строг, и редко выпускал ее из дома.
За добрый десяток лет дружбы мальчик очень привязался к Джоанне, которая с возрастом становилась все красивее, а потому он весьма огорчился, когда она объявила о своей помолвке с тем долговязым путешественником, который был выше Фрэнсиса головы на полторы, а потом и вовсе покинула Лондон. Впрочем, юный Дейл был не из тех, кто долго оплакивает любые потери, поэтому в скором времени он перестал думать о Джоанне, лишь изредка вспоминая ее.
