Мерси очистила и подготовила кости, а Рен и Хоук помогали ей как могли. То, как брат наблюдал за женщиной, подсказало Рен, что он хотел бы узнать больше о жизни костоломов. Она была уверена, что однажды он станет прекрасным жнецом. Мысль о том, что они могли бы работать в паре, наполнила ее радостью. Четкие границы, на которые ориентировался Дом Костей раньше, теперь размылись. Мерси была одновременно и валькирией, и жнецом, а Рен– и костоломом, и некромантом. То же, скорее всего, касалось и Хоука, так что Рен горела желанием научить его тому, как быть костоломом. Она знала, что вместе они были способны на великие дела, и ей не терпелось увидеть, каким будет их будущее и будущее их Дома.
Джонатан Найт был похоронен в семейном склепе рядом со своей первой женой, которая была погребена по всем правилам еще до Железного восстания, до того, как к востоку от Стены развезся ад.
После похорон Джулиан, склонив голову, присел перед мраморным мавзолеем, в котором покоились целые поколения Найтов, словно в раздумье или безмолвной молитве. Рен не хотелось мешать, но им пора было в путь, если они хотели вернуться в Крепость до приезда короля.
К тому же по дороге она планировала сделать кое-что еще.
Приблизившись, она вытащила из-за пояса клинок. Железное сердце.
Девушка присела и протянула его Джулиану. Он точно заметил, что она носила его вот уже несколько дней, но в последнее время столько всего случилось, что Рен не нашла нужного момента, чтобы обсудить это.
– Что ты делаешь? – удивленно нахмурился Джулиан. – Он теперь твой.
– Я не могу его принять, Джулиан. Он принадлежал твоей матери и…
– И я только что спросил, не против ли она, чтобы я отдал его, – ответил Джулиан. – Я перерос этот клинок, а тебе он прекрасно подходит.
– И что сказала твоя мама? – тихо спросила Рен. Речь шла не о царстве призраков, не о царстве мертвых, что остались в
– Она согласилась, – заверил Джулиан с улыбкой. – Он твой, если ты того хочешь.
Рен приняла клинок.
– Я знаю, как много он для тебя значит, и…
– Отлично, – прервал Джулиан, лишь бы не позволить девушке отказаться… или хотя бы притвориться, потому что на самом деле Рен хотела владеть этим кинжалом. Понятное дело, она мечтала иметь при себе что-то, что принадлежало ему. И быть достойной этой чести. – К тому же так будет честно. – Он указал на свой пояс, где из ножен торчала знакомая рукоять. Гибель призраков. Точно так же, как она носила клинок Джулиана, он носил ее… Хотя им все еще предстояло обсудить это.
– Инара одолжила мне его во время битвы с железными ревенантами, – объяснил Джулиан, обнажая клинок. Можно ли было считать, что таким образом Инара дала им свое благословение? Рен это тронуло. – Когда я попытался вернуть его, она заявила, что он ей не принадлежит.
– Как и мне, – вставила Рен. – Больше не принадлежит.
Сам по себе клинок напоминал ей об отце и об отчаянном желании получить его одобрение, сделать так, чтобы он обратил на нее внимание. Это оружие напоминало Рен обо всех ошибках, которые она совершила. Но в руках Джулиана его значение могло измениться.
– Оставь его себе. Мне нравится, как он на тебе смотрится. – Точнее, ей нравилось, как на нем смотрелось что-то принадлежащее ей. Выражение лица Джулиана стало серьезным, из-за чего Рен неловко рассмеялась. – Возможно, мне просто нравится знать, что он у тебя. Что у тебя есть что-то мое. Что-то, что напоминает обо мне.
– Я думаю так же, – мягко улыбнулся Джулиан.
Неожиданно Рен почувствовала в горле ком. Она не знала, как расценивать его слова… Как обещание? Признание? Но в любом случае для нее это значило многое.
– Чтобы думать о тебе, мне не нужен костяной клинок, – заметил Джулиан. – Честно говоря, от тебя трудно отделаться, Рен Грейвен. Ты умеешь… – Он нахмурился, подбирая слова.
– Тебя доставать? – с усмешкой подсказала Рен.
– Залезть под кожу, – уточнил Джулиан, который тоже улыбался.
– Мне больше нравится залезать под эти доспехи, – бросила она в ответ.
Рен ожидала, что Джулиан вздохнет или закатит глаза от смущения.
Но вместо этого он пристально посмотрел на нее. Поднявшись на ноги, взял за руку, при этом снова сняв перчатки, и прошептал:
– Докажи.
Когда они направились обратно в Крепость, Рен сообщила Лео, Джулиану и Мерси, что им предстоит сделать незначительный крюк.
Поле, показавшееся призрачным мерцанием на горизонте, было таким же пугающим, как Рен и запомнила. Их группа, в которую входили и несколько солдат из Железной крепости, смотрела на это зрелище со смесью страха и ужаса.
Когда они остановились, Хоук– с нескрываемым любопытством, а Рен– с мрачной покорностью подошли ближе. Мерси, тоже явно заинтересованная, держалась в стороне. Нежить в подобном состоянии была безобидной, но сложись все так, как Рен задумала, это могло измениться в любой момент.
