Дом пламенных клятв полностью

– Спасибо, Ифе. – Я накрываю ее руку своей и сжимаю. – Мне ужасно повезло, что у меня есть такая замечательная подруга, как ты. – Мой голос такой же мягкий, как шерстяная рубаха с высоким воротником под доспехами.

В ее черных глазах отражается улыбка.

– Да. Особенно после того, как из-за тебя у меня сердце переставать идти.

Я улыбаюсь на ее формулировку.

– Уловка с невидимость был крутой. Когда вернуться в Люче… – она указывает в сторону нашего королевства, настолько далекого, что не виднеется даже на горизонте, – …тебе нужно сделать меня воздух, чтобы напугать Имми.

Моя улыбка становится шире, когда я представляю, как Ифе подкрадывается к своей хладнокровной сестре.

Она протягивает руку.

– Договорились?

Я хлопаю ее по ладони и киваю:

– Договорились.

Затем она помогает мне подняться.

По ключице скользят тени.

Забирайся на спину отца, Биокин. Ифе понесет Габриэле.

Сколько бы раз сердце ни шептало: «Данте умрет, ты выживешь», разум стирает уверенность и заменяет другими словами: «Вороны падут, и, возможно, ты падешь вместе с ними».

По пути к отцу у меня кружится голова, и меня ведет в сторону, словно Лор вновь взбаламутил океан. Однако поверхность гладкая, как зеркало. Должно быть, Лор переживает, что я рухну на пол, и окутывает меня своими тенями, как буй.

Отец низко пригибается, чтобы мне было легче подниматься. Закинув ногу ему на спину, я наклоняюсь вперед и обхватываю его шею руками, затем наблюдаю, как Фионн помогает Габриэле взобраться на Ифе, в то время как его пара закрепляет моего раненого друга веревкой, которую он, должно быть, срезал с рухнувших парусов.

Ифе взлетает, а два ворона на мгновение прижимаются лбами. Их губы не шевелятся, тем не менее я не сомневаюсь, что они общаются по мыслесвязи.

Лор, отправь всех обратно в Люче. Если Мериам с Данте, то в его распоряжении шаббинская кровь. Я не желаю рисковать их жизнями.

Отец расправляет крылья и взлетает с галеона, в это же время на палубу выходит Юстус – лицо перепачкано кровью и искажено усталостью. Тем не менее, приближаясь к Фионну и Кольму, он ступает плавно. Пара воронов перекидывается в птиц.

Дедушка взбирается на Кольма с ловкостью человека, который всю жизнь летал на птицах размером с дракона. Возможно, Лор все еще не доверяет Юстусу, но, похоже, его приняли остальные.

Я оглядываю палубу в поисках своей пары, осознавая, что он не только не ответил на мою просьбу отослать всех домой, но меня больше не окутывают кольца его теней.

Лор?

Корабль вздрагивает так, словно натолкнулся на скалу, но нет – это просто стая воронов без всадников.

Я крепче обнимаю отца за шею, выглядывая из-за его крыльев. Подобно надломленному печенью, корабль раскалывается пополам и тонет так стремительно, что, когда пена пожирает мачты, еще не все вороны успели взлететь.

Поверхность воды успокаивается за считаные секунды, разглаживаясь, подобно савану над деревянной могилой, полной фейри, которые выбрали не ту сторону. Хотя мы и враги, сердце щемит от боли за их семьи и друзей.

Война уродлива, Фэллон. Она полна несправедливости и бессмысленных потерь.

Я смотрю на ворона, который, как и корабль, разделяется на две части. Птицы Лора скользят по обеим сторонам от меня, в то время как третья летит впереди крылатой процессии, останавливаясь рядом с каждым из перевертышей и кружа над фейри.

Хотя моя пара больше не пастух, он будто бы продолжает считать своих овец, дабы убедиться, что все стадо в сборе. Неудивительно, что Мара выбрала его в качества предводителя.

Отправь их всех домой, Лор. Им не нужно рисковать жизнью. Это сражение между мной и Данте.

Я передал им твое послание, перед тем как потопить галеон, Биокин.

Тогда почему все летят в сторону Глейса?

Потому что мы племя, Фэллон. Семья. Те, кто пойдут с тобой через огонь и воду.

Но у Данте есть Мериам и только богам известно сколько солдат.

А у тебя есть я и четырнадцать моих лучших бойцов.

Могут они хотя бы лететь выше, чтобы их не достала ни одна стрела?

Я им предложу.