В контексте повествования необходимо обратиться к фигуре генерала Шарля де Голля. До начала Второй мировой войны он был замечен в кругах, где обитали члены фашистских лиг и кагуляры – участники тайной фашистско-террористической организации «Кагуль».53
Пребывание де Голля в этих кругах не случайно. Он в течение двух лет служил адъютантом у маршала Петена, в штабе которого обосновалась военная организация кагуляров. Де Голль дружил с Петеном и разделял его политические взгляды. Известно, что и сам Петен был кагуляром и противником республиканцев. Кроме того, де Голль посещал редакцию «Аксьон франсэз» – пристанище французских фашистов.
Это был властолюбивый, высокомерный и тщеславный человек, одержимый навязчивой идеей исторической избранности своей персоны. Его кабинет украшали два портрета: Жанны д'Арк и Наполеона. Де Голль желал власти над людьми, называя их не иначе, как «чернь» или «толпа». Вот что он писал в своей книге «На острие шпаги»: «Престиж – отнюдь не следствие добродетели, евангельское совершенство не ведет к власти. Человека действия нельзя представить себе без изрядной дозы эгоизма, надменности, жестокости и хитрости». По своей сути де Голль являлся диктатором гитлеровского порядка.
Шарль де Голль
Восьмого июня 1940 года правительство Рейно, на тот момент ещё управлявшее Францией, направило де Голля в Лондон с целью содействия отношениям между французским и английским правительствами. В этот же день де Голль обратился по радио из Лондона к французам, находившимся на британской территории, с призывом сплотиться вокруг него для дальнейшей борьбы с Германией.
На приказ Петена, принявшего власть у Рейно, вернуться во Францию, де Голль ответил отказом, порвав с правительством Виши, за что, по словам самого де Голля, он был заочно приговорён вишистским правительством к смертной казни. В то же время английское правительство передало в ведение де Голля имеющиеся на территории Англии французские воинские формирования. Черчилль, движимый намерением создать альтернативу власти Виши, признал де Голля главой французского Сопротивления и способствовал усилению его фигуры на международной арене.
Вот как описал де Голля, возглавившего «свободных французов» политический деятель Франции, Жак Сустель: «Очень высокого роста, худощавый, монументального телосложения, с длинным носом над маленькими усиками, слегка убегающим подбородком, властным взглядом, он казался намного моложе пятидесяти лет. Одетый в форму цвета хаки и головной убор того же цвета, украшенный двумя звездами бригадного генерала, он ходил всегда широким шагом, держа, как правило, руки по швам. Говорил медленно, резко, иногда с сарказмом. Память его была поразительна. От него просто веяло властью монарха, и теперь, как никогда, он оправдывал эпитет «король в изгнании».
Внутри Франции, с приходом фашистов, возникло внутреннее подпольное движение Сопротивления. Но было много французов и вне Франции, объединявшихся в группы Сопротивления для борьбы за освобождение родины. Эти группы вне Франции и возглавил де Голль (движение «Свободная Франции», позже – «Сражающаяся Франция»). Встав во главе «Свободной Франции», де Голль параллельно внимательно наблюдал за лидерами групп Сопротивления внутри Франции. Число таких групп быстро росло по стране. Наиболее успешных их лидеров, истинных борцов за освобождение Франции от фашизма, Де Голль устранял. Поскольку основная задача де Голля состояла не столько в освобождении Франции от врага, сколько в захвате личной власти, то в лидерах Сопротивления он видел конкурентов на своём пути к диктатуре и предпринимал все возможные действия против них.
Во вступлении к книге Андре Вюрмсера «Де Голль и его сообщники», изданной в 1948 году, читаем: «…де Голль попытался нанести французским внутренним силам решающий удар. Вюрмсер рассказывает о том, как 14 июня 1944г. назначенный де Голлем „командующий французскими внутренними силами“ генерал Кёниг (который, однако, находился в Лондоне) направил военным руководителям движения Сопротивления следующую „директиву“: „Максимально сокращайте активность партизан. Создавайте небольшие разрозненные группы, а не крупные отряды. Прерывайте всюду, где только возможно, соприкосновение с противником“. <…> Французские патриоты расценили эту „директиву“ как откровенную попытку ликвидировать партизанское движение во Франции и отстранить демократов-патриотов от участия в заключительном этапе военных операций на французской территории. Военные руководители движения Cопротивления отказались выполнить „директиву“ генерала Кёнига».
