И в следующем письме к Х, написанном в начале ноября 1939 года он снова обращается с просьбой: «Я не прошу ни чинов, ни пособия. Я прошу, чтобы меня послали на фронт, в истребительную авиацию. Для меня это жизненная необходимость. И пусть это трудно, пусть даже безумно сложно, я всё равно не испытываю угрызений совести от того, что прошу: это первая моя к тебе просьба о столь большой услуге».
Проявив невиданное упорство, Антуан добивается своего назначения в действующую армию. Вот что пишет по этому поводу его друг, Дидье Дора: «Я узнал, что наперекор официальному запрету врачей (он так и не оправился после тяжелой аварии, которую потерпел в Колумбии) он добился, чтобы его направили в авиагруппу 2/33. Как и многие другие, я уговаривал его отказаться от службы в авиации; но он не стал меня слушать. Тогда я обратился к генералу Вюймену, начальнику генерального штаба Военно-воздушных сил, с просьбой перевести Сент-Экзюпери в службу связи, которой руководил я. Получив этот приказ, Сент-Экзюпери его просто-напросто разорвал».
3 ноября 1939 года Антуана зачисляют в состав разведывательной авиагруппы 2/33. Она базируется в Орконте – небольшом городке, расположенном в 178 километрах восточнее Парижа, в провинции Шампань. Устроившись, Антуан сообщает родным в город Аге о своем назначении в авиагруппу, спешит успокоить, в первую очередь мать, она живёт в Аге у своей младшей дочери Габриэль.
«Орконт, декабрь 1939
Мамочка,
(…) Живу я на очень милой ферме. Здесь трое детишек, два деда, тетушки и дядюшки. В очаге все время пылает огонь, и я отогреваюсь возле него после полётов. <…> Странная война на малых оборотах. Мы ещё хоть что-то делаем, а вот пехота! Пьер58 непременно должен заниматься своими виноградниками и коровами. Это куда важней, чем быть при шлагбауме на железной дороге или капралом в учебной роте. <…> Ваш Антуан».
С базы в Орконте авиагруппа 2/33 делает частые разведывательные полёты в тыл врага. Экипажи группы гибнут один за другим. После тренировочных полётов Антуан, как остальные лётчики авиаотряда, вылетает на разведку в тыл врага. «Презираю сторонних наблюдателей…, которые ничего не вкладывают в свою деятельность, – пишет Антуан в письме к Х в середине декабря из Орконта, – Я обрел то, что должен был обрести. Я – как все. Мерзну, как пес. Боюсь, как все. Страдаю от ревматизма, как все. И возможность выбора у меня не больше, чем у остальных».
Находясь на протяжении полугода в Орконте (с кратковременными перебросками авиагруппы в город Лан, северо-восточнее Орконта, и обратно), Антуан ничего не знает о своих родных и сильно тревожится за них. Не все его письма доходят до матери. Родные, в свою очередь, тоже волнуются за Антуана. И следующее письмо матери он пишет в надежде, что оно найдёт её:
«Орконт, 1940 год.
Дорогая мама!
Пишу вам, держа листок на коленях: мы ожидаем бомбёжки, которая всё никак не начнётся. Постоянно думаю о вас <…> И, разумеется, дрожу от страха за вас… О своей жизни не пишу, да и писать о ней нечего: опасные полёты, еда, сон… Я чудовищно недоволен тем, чем занята наша эпоха. Чтобы снять с совести бремя, мало примириться с опасностью и подвергаться ей. Единственный освежающий родник – кое-какие воспоминания детства: запах свечей в новогоднюю ночь. Сейчас в душе пустыня, где умираешь от жажды… До свидания, мамочка. Крепко обнимаю. Ваш Антуан»
Незадолго до начала Второй мировой войны во Франции создали перспективный, добротный самолёт-разведчик, «Блок-174». Его можно было использовать и как бомбардировщик. Но к началу боевых действий таких самолётов было недостаточно, кроме того, пилоты французских ВВС не успели их освоить. В авиагруппу 2/33 самолёты «Блок-174» поступили в марте 1940 года.
Французские лётчики начали воевать с немцами на «Потезах», в том числе, двухмоторных самолётах «Потез-63», уступающих по скорости и огневой мощи немецким «Мессершмиттам». Параллельно, в спешном порядке, они осваивали скоростной, хорошо вооружённый самолёт, «Блок-174». (Свой первый боевой вылет, 29 марта 1940 года, Сент-Экзюпери сделал на самолёте «Блок-174». ) Но эти модернизированные самолёты становились небоеспособными на высоте 10 тысяч метров, где температура опускалась до 50 градусов ниже нуля. На сильном морозе у них заклинивало пулемёты. Дело не сдвигалось с мёртвой точки, пока Сент-Экзюпери, не выдержав, взялся сам устранить проблему.
Самолёт «Блок-174»
Он направился в Национальный совет Парижа, встретился с профессором Фернандом Хольвеком и рассказал ему суть вопроса. Последующие испытания привели к выводу, что заклинивание пулемёта происходило из-за конденсата, образующегося в стволе уже после первых выстрелов. Влага быстро превращалась в лёд, который и заклинивал пулемёты. Необходима была другая смазка – поглощающая конденсат. В течение двух недель проблему устранили. «Удивительный и незаурядный человек ваш Сент-Экзюпери! – повторял Хольвек… – Полный поразительных идей, которые нам, специалистам, по каким-то причинам, похоже, не приходят на ум».59
