Их встретила маленькая темненькая служанка, говорящая на английском. Трехэтажный коричневый с белой отделкой дом просто утопал в английских и тропических цветах. Колонны, подпиравшие огромный балкон, где находились кресла и столики, обвитые лианами; кадки с маленькими кустами роз на каждой ступеньке крыльца, а перед входом гибискус в расписном горшке. В гостиной стало прохладно; во время сиесты солнце всегда необычайно горячо. Виктор оглядел стены, обитые небесно-голубым муаром, резную мебель из красного дерева. К ним вышел седой мужчина под руку с молодой дамой. Диана улыбнулась, поздоровалась. Женщина помогла сесть мужчине в кресло, обитое плюшем.
— Я Виктор, помните меня? — поняв, что перед ним Даниэль Ленце, начал Виктор.
— Отчего же, помню. Кристины нет, — он вздохнул. — Она умерла полтора года назад.
— Нам очень жаль, — вставила Диана. Виктор всех представил.
— Это моя дочь Мелоди, — его кузене было всего лишь тридцать пять лет, и она совсем не была похожа на женщину из рода Лейтон. Тоненькая, маленького роста, со светлыми волосами, собранными в греческий узел; с серыми глазами, как у Даниэля, ярко сверкавшими в полумраке гостиной. — Консуэло! — Даниэль позвал кого-то, из светлого коридора выбежала темноволосая девчушка, примерно ровесница Роберта. — А это — моя внучка. Познакомься: это твои кузены Роберт и Джордж и кузина Элеонора.
В 1894 году в восемнадцать лет Кристина вышла замуж за дипломата Даниэля Ленце, что начинал карьеру в Дублине. В отличие от своего брата Эдварда, она отличалась силой духа и целеустремленностью. Уговорив отца отдать ее за племянника английского лорда Роктона, она вышла замуж по любви. Дезмонд и Фелисите были очень рады и даже хотели, чтобы они остались в Ирландии. Но Даниэль, который был старше жены на декаду, не хотел всю жизнь прозябать в Дублине и принял предложение о работе в посольстве США.
В последний раз Кристина видела брата на его свадьбе с их соседкой, в тот же год она уехала. В Вашингтоне родился их сын Майлс, младше Виктора на год, а потом появилась на свет и Мелоди. После Первой мировой войны Даниэль продолжил работу в посольстве. Однажды их друзья пригласили их в Аргентину, где они купили небольшое ранчо; за месяц, проведенный там, чета Ленце влюбилась в эту страну. Майлс женился на прекрасной американке Стейси, занялся строительством метро и дорог, навсегда поселившись в Штатах, а вот Мелоди не спешила выйти замуж.
Выйдя на заслуженную пенсию, Даниэль купил поместье в Аргентине. Кристина с энтузиазмом принялась обустраивать новый дом, совсем не желая вернуться на родину. Иногда они бывали в Нью-Йорке, очень редко — в Европе. Аргентина стала их домом. Мелоди, очарованная этой страной, вышла замуж за аргентинца, политика Альфредо Аллонсо, но счастье было недолгим: когда дочке Консуэло исполнилось четыре, Альфредо нашли застреленным у их дома в Буэнос-Айресе. Убийц так и нашли, хотя поговаривали, что Альфредо поплатился за свои социалистические взгляды. Мелоди перебралась к отцу, она опять была беременна, но потеряла последнюю нить, связывавшую ее с любимым мужем.
По-испански Лейтоны научились говорить быстро. Виктор без страха и сомнений отпускал Диану в город вместе с Мелоди. Женщины ходили по магазинам и приносили забавные вещички. Диана еще надеялась, что они вернутся в Лондон когда-нибудь. Но если Гитлер победит? Что тогда будет? Пока не приходило тревожных сведений о потерях и баталиях, немцы выжидали, пока англичане и французы и остальные не расслабятся окончательно, потеряв бдительность.
Наполеон не смог покорить его страну — неужели это сделает этот чертов немец? Эта война превзойдет по жестокости все предыдущие войны, события до войны уже говорили об этом. Мир сам решил, что будет дальше, не ведая о последствиях.
Дети беззаботно проводили время, Консуэло все-таки быстро привыкла к юным Лейтонам. Утром, наспех завтракая сыром с фруктами и домашними лепешками, они бежали кататься на лошадях, часы проводя под солнцем; в них уже с трудом можно было увидеть половину ирландской крови. На обед их нельзя было дозваться, но Даниэль быстро раскусил секрет: они лазали по фруктовым деревьям, лакомясь спелыми плодами. Часто можно было услышать плески воды и смех, стук ударов теннисной ракетки о мяч или споры по поводу того или иного научного факта. Правда, Джордж не очень-то часто проводил время со всеми. Четырнадцатилетнего мальчика интересовали, как и прежде, пресловутые химические реакции, поэтому он предпочитал много читать. А вот Роберт и Элеонора живо воспринимали игры Консуэло и Мануэла. Мануэлу было пятнадцать, и им с Джорджем было очень сложно найти общий язык. Мануэл знал о своей неотразимости и великолепии. Этот шатен с пылкими синими глазами, мужественными чертами лица знал, как очаровать любую девчонку.
