У фешен-стилиста «Богини» Анжелики был с собой ворох пышных юбок, рубашек, брюк и топов из тончайшей марли и шелка, а также длинные пальто на подкладке для моделей, чтобы те не стучали зубами в перерывах между съемками. Согласно замыслу, одежда дополняла новую гамму косметики «Аванти», поэтому цвета варьировались от ванильно-зефирного до стального и дымчато-серого.
Эбони зачесала волосы моделей назад, чтобы не закрывать их точеных лиц со сверкающей русалочьей кожей.
Я отхлебнула принесенный с собой кофе. Слава богу, Афина поддержала мою идею после того, как я расписала ей заросший сад со статуями и добавила, что ужастики популярны не только на Хеллоуин, но и на Рождество (вспомните Скруджа). В общем, в самый раз для праздничного номера.
Я показала ей несколько снимков, которые сделала на телефоне, и призрачная атмосфера сада привела ее в полный восторг.
Так что теперь, в понедельник в восемь утра, я переминалась с ноги на ногу на траве, еще покрытой блестящим инеем. За несколько ночей, проведенных без сна из-за беспокойств о проекте, накопилась порядочная усталость.
Три накрашенные и натертые до блеска супермодели – Эстер Дрю, Карина Салазар и единственный парень, которого звали просто Данте – расхаживали взад-вперед, переговариваясь с фотографом Базом. Я, как все, видела их лица в модных журналах, но смотреть на них вблизи, ранним утром, посреди буйно разросшегося сада, было странно. И в то же время познавательно.
Эстер Дрю вообще не улыбалась. Насколько я могла судить, зубы у нее были не ахти, зато природа одарила ее водопадом темно-русых волос и ногами как у газели. Данте постоянно напрягал под рубашкой пресс, всем своим видом напоминая цирковую лошадь. Смуглая красавица Карина Салазар в перерывах между фотосъемками в основном сидела с книгой по самосовершенствованию.
Баз велел Эстер обнять одну из статуй:
– А теперь прислони свою блестящую щечку к камню, дорогуша. Вот так. Потрясно. Ты загляденье, глаз не оторвать!
Я бросила взгляд в сторону дома. Казалось, он наблюдает за всем происходящим из окон пустующих комнат. Я обещала Лили, что все останется нетронутым, и ждала, что она вот-вот появится под каким-нибудь предлогом, но пока все было тихо.
Сегодня из трубы ее дома, как обычно, шел дымок, а на бельевой веревке сушилась одежда. Похоже, она все-таки решила, что мне можно доверять. Хотелось бы надеяться.
Я вдыхала смесь запахов влажной травы, земли и дыма, глядя, как Эстер грациозно проплывает перед Данте. Он усмехнулся, провожая ее темными глазами. Следующей фотографировалась Карина.
Не дожидаясь, пока Эбони закончит суетиться с макияжем, Карина прошла к скамейке и села с мечтательным выражением лица. Ее полупрозрачное платье кремового цвета касалось земли, а смуглая кожа блестела, как атласная.
Баз направил объектив на блики серебряных теней, украшающих полузакрытые веки модели:
– Великолепно, милая!
Он наклонялся то в одну сторону, то в другую, прыгал, как ненормальный, щелкал затвором и непрерывно бормотал себе под нос. Когда Карина встала, отряхивая подол, Баз повернулся ко мне:
– Окей, теперь Данте.
К нам подошла ассистентка База, робкая студентка в круглых красных очках:
– Простите, шеф, он куда-то делся.
Баз закатил глаза под козырьком бейсболки:
– Тогда Эстер. Я хочу сфотографировать ее рядом со статуей мужчины.
Эбони вытерла пальцы, измазанные косметикой, об одну из влажных салфеток:
– Ее тоже какое-то время не видно.
Баз бросил на меня раздраженный взгляд:
– Есть идеи, Леони? Хотелось бы тут побыстрее закончить. У меня в три посадка на Милан.
Я оглянулась. Куда они могли запропаститься? Оба практически раздеты, так в Шотландии далеко не уйдешь, тем более в ноябре.
– Пойду их поищу, – вызвалась я, не придумав ничего лучше.
Я зашагала через лужайку к дому, в окнах которого отражалось солнце. В кронах деревьев над головой весело щебетали птицы. Неужели эти двое уединились в лесу? Эстер с самого начала нещадно флиртовала с Данте, а у того каждый раз, когда она с ним заговаривала, аж слюнки текли. Не дай бог наткнуться на эту парочку в каких-нибудь кустах!
Я обошла дом – никого. Ни слуху ни духу, и на том спасибо. Куда же они подевались? Пошла наугад налево, в лес.
– Мисс Дрю? Данте?
Никакого ответа, только мои ботинки хрустят по веткам.
Я вернулась в сад Мерри-Вуда. Вот напасть! Как можно потерять сразу двух супермоделей шести футов ростом?
Баз нетерпеливо переминался с ноги на ногу:
– Ну что?
Я открыла было рот, чтобы пуститься в объяснения, но меня опередила Эбони. Указывая ярко накрашенным ногтем в сторону дома, она произнесла:
– Думаю, я их нашла.
– Слава богу, где? – облегченно выдохнула я.
– Вон там, в доме.
У меня перехватило дыхание. Что-о?!
Я резко повернулась, не в силах произнести ни слова. Какого черта? Они же знали, что в дом входить нельзя!
Стоп. Не может быть. Ни у кого нет ключей. Мои нервы заныли от напряжения.
– В дом нельзя! – смогла наконец выговорить я. – Записано в контракте. Все подписали. Если им нужно в туалет, то вон чертова кабинка.
