Уездный город Екатеринославской губернии Мариуполь, рос и богател, помаленьку стал притягивать к себе и культуру, и образование. В те годы, когда Архип Куинджи бегал по улицам Мариуполя то в поисках пропитания, то пытаясь овладеть секретами ремесла, которое со временем приведет его в большую живопись, в городке уже открывались народные школы, со временем пошли гимназии, мужские и женские, банки, росло значение порта.
А потом произошел переворот. В 1882 году в Мариуполь пришла железная дорога. А значит, кроме хлеба из порта можно было вывозить уголь и сталь, а привозить в него для машины, горное оборудование, руду для металлургических заводов всему Донбассу.
Стоп! А почему это Донбассу, зачем везти руду куда-то, когда вот он порт, а еще руда есть и в ближней Каракубе? Строим, – согласились с доводами инвесторов братья Кеннеди из Североамериканских соединенных штатов (САСШ). И пошло поехало – задымил американскими своими домнами гигантских объемов «Никополь-Мариуполь». Чуть позже к нему присоединился завод «Русский Провидансъ». Руду возили из Керчи – совсем рядом! Позже, когда на всем этом американско-бельгийском хозяйстве создали металлургический комбинат имени Ильича, а вслед за ним и «Азовсталь» в тридцатых, керченский концентрат продолжал кормить прожорливые мариупольские домны да мартены, а потом еще обнаружился один замечательный перфект – тоже по морю стали возить из грузинского Поти чиатурский марганец. В общем, кругом выгода, кроме экологии. Азов сопротивлялся долго, но промышленный рывок Мариуполя вкупе с хищническим хозяйствованием в украинские незалежные времена сделали свое дело – самое рыбное море в мире – да-да, именно так – сегодня уже не в силах кормить никого кроме браконьеров. А ведь в Великую Отечественную азовская килька спасла от лютой голодной смерти миллионы людей. Ей даже в Мариуполе памятник поставили.
Эх, был бы себе небольшой греческий оазис. Такой себе наследник того, что в античные времена звалось «Полис» Торговал бы помаленьку, развивал бы в наши уже времена курорты да туризм, но жестокие законы истории сделали Мариуполь безжалостным индустриальным монстром. Кроме двух металлургических комбинатов за годы советской власти появились здесь и коксохим, и завод тяжелого машиностроения, знаменитый «Ждановтяжмаш», новыми хозяевами переименованный ничтоже сумняшеся в «Азовмаш».
Что такое был Мариуполь до 20 века? Уездный город, порт, греческая речь, южный базар, вокзал, верблюды на которых татары и персы возили товар по окрестным селам, добираясь аж до Бахмута, а в другую, херсонскую сторону – до Геническа. Были в тихом морском городе гимназии, реальное училище, банки, газета «Мариупольская жизнь», театр и цирк. Тот самый, в котором оборвалась жизнь артиста Дурова…
В конце советской власти Мариуполь – это привычный для Донбасса рассказ: каждый третий рельс, укладываемый на дорогах огромной страны, каждая третья железнодорожная цистерна, половин всех бронетранспортеров советской армии, танковая броня и прокат листа для судостроения не только Союза, но и стран соцлагеря. Кроме того – торговый флот, свое пароходство. Где он сегодня? Распродан за копейки точно так же, как некогда распродали в незалежной родственники президента Кравчука огромный Черноморский торговый флот.
Город еще живет, город еще дымит своими заводами. Но все тише, все меньше, и надо искать новое занятие, новое лицо. Ничего – не впервой.
…А греков в Мариуполе все еще много – до восьми процентов населения. Хотя, конечно, при Куинджи были все пятьдесят.
Лёля, я приехала с Мангуша, я с мамкой возили гусей на продажу и там я встретила Гришку Челпана. Он сказал што всеравно тибя сыщет и убьет, если ты за него замуж не пойдеш. Лёля бойся его он страшный человек, говорят шо он на прошлой борне кады ты уже уехала в свой донтехникум побил двух наших с Ялты. Поначалу с дружками напился водки а потом уж завел этих двоих за чайную и давай лупцевать – и цепками, и штакетами, и ногами по всякому. Нинавижу говорит вас румейские хари. Такая зверюга, наши строной его обходят, а дядя Спиридон говорит – ничего проламают ему буйну башку долго такие не заживаются на белом свете.
Лёлечка, спешу напесать это песьмо шобы передать его с дядей Спиридоном который завтра до вас у Юзовку солёную рыбу на базар повезет. Говорит у на вашем базаре цену лучше дают, чем в Мариупали.
