От истошного крика Тани у Тамары Ивановны обручем горя сжало сердце. Всего несколько дней девушка рядом, а вот стала родной. Недаром говорят: не вкусив горького, не узнаешь и сладкого, совместная ноша запоминается надолго, не налегке пробежка, а с потом и слезами. Круглая сиротинушка теперь Танюшка, только тётя у неё опора да характер, как убедилась, волевой, вполне сложившийся и даже героический. Но после перемены настроения девушки, выразившейся в неверии в смерть отца, близкой к тихой истерике, Тамара Ивановна испугалась за рассудок девушки и, немедленно отреагировав на её просьбу перед растерявшимся внуком, торопливо сказала:
– Таня, я тоже не верю в гибель твоего папы, потому вместе соберёмся и пойдём в штаб ополчения с просьбой увидеться с папой.
– Прямо сейчас и пойдём, – выйдя из оторопи, поддержал бабушку Костя. – Я знаю, где штаб находится.
– Вот так, тётя Ирина, мой папа не может погибнуть, вам нагло кто-то наврал.
– Таня, девочка моя, я тоже пойду с тобой в штаб. Немедленно, немедленно!
Да, не теряя ни секунды, четверо возбужденных людей вышли из квартиры, не дожидаясь лифта стали спускаться с третьего этажа, затем на улицу, где остановили такси и гурьбой усевшись, покатили в штаб ополчения народной республики.
За долгие годы до референдума о вхождении Донбасса в состав России и начала Специальной военной операции Тамара Ивановна погрузнела, но миловидность свою не потеряла, чем непременно гордилась перед своим бывшим мужем, его родней. Они, кстати, относились к ней по-людски, с сочувствием, а потом даже с любовью, поскольку Тамара стригла каждого с удовольствием, устроив мини-парикмахерскую в своей квартире на первом этаже «хрущевки». Деньги дала, как тут говорили, путинская власть через социальный отдел. И не малые: почти полмиллиона рублей, остальные добавил сын Андрей, взяв ссуду как гражданин России вместе со своим семейством. Тамара Ивановна, разумеется, тоже стала россиянкой.
Убаюканная спокойной жизнью в сибирском городе, она не могла бесконечно тревожиться за дочь-хирурга, которая спасает жизни ополченцам и российским военным в госпитале армии ДНР. Она радовалась благополучию Андрея с женой, но больше всего успехам Кости. Гимнастика не ушла от него, он успел сдать нормативы мастера спорта, но военное лихолетье на малой родине, клятва отомстить за отца Тани заставили его более серьёзно взглянуть на жизнь: он поступил и окончил лётное военное училище.
В тот роковой день известия о гибели сержанта Артамонова он поклялся мстить. До мелочей запомнились ему те события. Он как-то сразу осунулся, в глазах появился злой блеск расширенных зрачков, словно от боли.
– Костя, ты убиваешься не меньше, чем Таня, это не совсем хорошо.
– Баба, я не могу смотреть на её страдания. Мне Таню очень жалко.
– Ты её любишь?
– Да и хочу отомстить.
– Кому и за что? Мстить не надо. Это неугодно Богу. Надо без мести и злобы победить своих врагов, вернуть народ в прежнее состояние мира и добра, когда человек человеку брат, а не враг.
Говорят, вода в реке самоочищается, течёт, насыщаясь кислородом и через двести метров ниже уже обновлённая. Человека очищает от скверны время, лечит его душевные раны, он мужает, становится мудрее. Но память остаётся на века, и тот силен духом и телом, кто не забывает минуты скорби, и своими делами сглаживает борозды печали, как ветры, дожди и снега постепенно сглаживают следы войн минувших, зарастающие травами и лесами, среди которых подняты обелиски на братских могилах. Костя помнил свою клятву, но и наставление бабушки защищать родную землю без злобы и мести, поскольку на той стороне свои братья, но заблудшие, с потерянным рассудком. Только победа может вернуть им потерянный рассудок, и Костя Черняк, успевший налетать достаточное количество часов, влился в ряды тех, кто очищает Донбасс от скверны. Тамара Ивановна не знала о подлинном месте нахождения внука, родители тоже. Сообщила им, с глазу на глаз, что Татьяна Черняк, приехавшая навестить своих родных после свадьбы, в интересном положении: Костя в штурмовой авиации Специальной военной операции.
И вот, став прабабушкой, Тамара Ивановна однажды разрыдалась от счастья:
– Таня, беги скорей ко мне! Смотри, президент награждает нашего Костю орденом Мужества!
Таня в эту торжественную минуту в своей комнате кормила грудью сына, избегая шума телевизора. Тут она торопливо подошла и услышала, как муж передавал привет своим родным, любимой жене и младенцу сыну.
