Кейт отогнала эту мысль. Они проследовали за Паулой через пожарный выход к бетонной лестнице, ведущей в подвал. Подошли к решетчатой двери в конце очередного длинного коридора. Она приложила свою карточку к считывателю, и их пропустили на огромный склад со стеллажами по периметру всего помещения. У входа за стойкой их ждал седеющий мужчина в полицейской форме, они предъявили ему удостоверения и зарегистрировались. Паула представила их друг другу, взяла у мужчины папку, открыла ее и пробежала пальцем по списку, затем сунула ее под мышку и подняла большой пластиковый лоток, вроде тех, что можно увидеть в зоне досмотра в аэропорту.
– Пожалуйста, следуйте за мной.
Они двинулись вдоль рядов металлических стеллажей, заполненных пластиковыми пакетами для улик, в которых лежали ножи и множество других острых предметов. Дальше они прошли полки, на которых стояли десятки ноутбуков, компьютеров и лежали свертки с одеждой, упакованные в плотный пластик. Внимание Тристана привлекло пресс-папье из дутого стекла с запекшейся на нем кровью, и он оглянулся на Кейт, широко раскрыв глаза.
Паула подошла к ряду стеллажей в конце зала. Она проверила серийные номера на трех пакетах и сложила их в лоток. Они проследовали за ней к большому металлическому столу в глубине помещения, и она водрузила лоток на него.
– Перчатки здесь, – сказала она, указывая на коробку. – Надевайте их, когда будете прикасаться к уликам. У вас есть тридцать минут.
– Вы останетесь с нами? – спросил Тристан.
– Да, – ответила она и отошла в сторону, скрестив руки на груди.
– Тогда поехали, – сказала Кейт. Они натянули перчатки и принялись разбирать содержимое лотка. В одном из пакетов был окровавленный молоток-гвоздодер, сверху имелась бирка с указанием даты и места обнаружения. Кейт подняла его и увидела на деревянной ручке серебристую пыль для снятия отпечатков пальцев.
– Не могли бы вы сказать, удалось ли снять с него отпечатки? – спросила Кейт.
Кейт повернула молоток в пакете. Паула внимательно посмотрела на него, а затем вытащила картонную папку из-под мышки.
– Могу проверить. – Она подошла к ближайшему компьютеру у стены. Это была компьютерная система
Офицер ввела номер, подождала немного, и на экране появилась информация.
– Да. Криминалистам удалось снять четкий отпечаток большого пальца с этого молотка. Однако его так и не опознали. В системе не нашлось совпадений.
– Спасибо! – Кейт вспомнила фотографии с места преступления, на которых были видны брызги крови и окровавленные следы ног, ведущие от тела Анны к окну и выходу из спальни. Следы были пронумерованы, чтобы показать направление движения.
Держа молоток, она попыталась представить, что чувствовал убийца или убийцы Анны. Они взяли молоток с собой, но потом бросили его в саду, зная, что там его обнаружит полиция. И тот, кто это сделал, действовал без перчаток. Почему? Это было спланированное преступление или преступление в состоянии аффекта?
Во втором пакете, который изучал Тристан, лежал ежедневник из спальни Анны. Кейт и его узнала по фотографиям с места преступления. Он распух от большого количества бумаг, вложенных внутрь, и был перетянут выцветшей резинкой, которая врезалась в края черной пластиковой обложки. На ней золотом был вытеснен год – 2007.
– Мы можем сделать копии на ксероксе? – спросила Кейт, глядя на Паулу.
– Очень смешно. – Та посмотрела на часы. – Вам нужно поторопиться. Вы уже истратили пять минут.
Глаза Тристана расширились, и Кейт поняла, что начинает паниковать. Казалось, в ежедневнике было слишком много бумаг. В последнем пакете, лежавшем на дне лотка, находился синий мобильный телефон
– Можем ли мы получить копию данных с этого телефона? – спросила Кейт.
– Вы принесли флешку?
– Да. – Кейт продемонстрировала новую флешку, которую купила по пути в газетном киоске. Она сохранила ее в упаковке, как и требовалось.
– Могу попросить дежурного скопировать на нее содержимое телефона, – сказала Паула, натянула латексные перчатки и взяла пакет с телефоном и флешку.
– Давай дальше, у нас не так много времени, – поторопил Тристан, доставая свой телефон и открыл камеру. У Кейт дрожали руки, пока она осторожно вынимала ежедневник из пакета для улик, снимала резинку, стараясь не порвать страницы. Затем, отодвинув лоток в сторону, она положила его на металлическую столешницу. По краям страниц и на обложке виднелись выцветшие пятна крови.
Посмотрев на время и убедившись, что у них осталось восемнадцать минут, Кейт открыла первую страницу, где синими чернилами довольно размашисто было написано:
