– Давай на минутку отложим синюю тетрадь. А что, если первая и вторая строчки здесь никак не связаны? – проговорила Кейт. – Что, если Анна пишет не о диабете матери, что, если «д» это начало слова дневник? У матери есть дневник?
– Дневник матери… и что? – спросил Тристан.
Кейт снова все просмотрела.
– Что, если Анна прочитала записи в синей тетради, которая похожа на личный дневник, и обнаружила ту часть, где женщина хоронит ребенка? Анна могла написать на бумаге: «У матери есть дневник, можно ли доверять написанному в нем? В смысле, реально ли то, что она написала в синей тетради про ребенка, – предположила Кейт.
– И кто же эта мать? Женщина, которая раньше жила на ферме Дэнверс? – уточнил Тристан. Кейт уставилась на него.
– Либби Хартли. Они с мужем Стивом были предыдущими арендаторами. У них есть сын по имени Дэвид. Так что третья строчка «Есть ли у Дэвида “п”» возможно, относится к сыну Либби, Дэвиду… Нет… В рассказе мужа зовут Дэн, а не Стив.
– Кто бы это ни написал, он мог намеренно исказить имя. Это единственное имя в рассказе. Имена ребенка и матери не указаны.
– Да, не указаны, – согласилась Кейт, снова просматривая записи.
– Что же может означать «п»? – задумался Тристан.
Она мгновенье смотрела на исписанные страницы и почувствовала, как по спине побежали мурашки.
– Не представляю, но мы должны поделиться этой информацией с полицией.
Морин Кук переночевала в своем любимом отеле
В пять часов вечера пассажиры должны были подняться на борт «Герцогини океана» в Саутгемптоне. Морин заранее приехала на такси. Круизный лайнер, стоявший у причала, показался ей огромным, и, выйдя из машины, она замерла, любуясь им. Туристы выстроились в очередь перед терминалом; стая чаек громко кричала, перекрывая голоса мужчин, занимающихся разгрузкой. Раздался гудок, земля под ногами задрожала, и Морин почувствовала запах моря, смешанный с выхлопами дизельного топлива. Для нее это был запах свободы.
Она повернулась и посмотрела на большую синюю вывеску на стене позади нее, где белыми буквами было написано:
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ПОРТ САУТГЕМПТОНА – ВОРОТА В МИР
– Закройте, пожалуйста, дверь! – раздался голос у нее за спиной.
Она обернулась и увидела, что таксист хмуро уставился на нее. Однако сегодня никому не удастся испортить ей настроение. Она поблагодарила его, захлопнула пассажирскую дверь и направилась к терминалу. Морин нравилось подниматься на борт лайнера без багажа. Ее чемоданы были отправлены заранее за несколько часов до этого, так что она могла пройти по трапу, неся в руках свою новую белую сумочку с монограммой в виде якоря, почти совпадавшей с теми, что были на лацканах ее пиджака.
Морин достала билет и паспорт, улыбнулась молодой женщине, приветствующей пассажиров, и встала в очередь за пожилой парой. В терминале было пусто, и она была довольна тем, что смогла избежать «простонародья», стоя в отдельной очереди для членов эксклюзивного клуба путешественников с бриллиантовым статусом, после чего вернулась на набережную через несколько минут.
Морин остановилась на мгновенье, чтобы взглянуть на огромный изогнутый нос круизного лайнера, на котором изящным шрифтом было выведено «Герцогиня океана». Два толстых натянутых каната удерживали его на колоссальном причале. Прикрывая глаза от яркого солнечного света билетом и паспортом, Морин попыталась найти по левому борту окно своей представительской каюты с ванной комнатой и небольшим балконом. Ей всегда нравилось представлять, что, поднимаясь на борт, она следует по стопам многочисленных бесстрашных путешественников. В этот раз она даже отправила в круизную компанию электронное письмо с вопросом, будет ли «Герцогиня океана» пришвартована там же, где и «Титаник», отправлявшийся в свой печально известный первый рейс, однако ответа не получила.
Морин присоединилась к очереди пассажиров на широком служебном трапе, устланном красной бархатной ковровой дорожкой, отделанной золотой тесьмой. Толпа замедлилась, и Морин заметила, что у пассажиров перепроверяют паспорта и билеты. Она выхватила взглядом двух подтянутых моряков в сопровождении дородного мужчины и женщины помоложе, которые наблюдали за посадкой. Подойдя к ним, она протянула свой паспорт моряку, который был ослепительно красив. Она разглядывала зону отдыха, где другие пассажиры уже наслаждались «Асти Спуманте», бокалы с которым подавались на серебряных подносах.
Она повернулась к моряку, проверявшему ее паспорт.
