Хантеров хмыкнул, быстро прошёл в помещение лаборатории и невольно задержал дыхание — атмосфера внутри была абсолютно непригодна для пребывания в ней людей, причём неописуемая, непередаваемая вонь шла от Николая Миронова, залитого какой-то коричневой гадостью.
— Меня мутит… — стонал Коленька, сдирая с себя пиджак и торопясь к выходу. — Это отвратительнооооо…
— Не то слово! — хладнокровно согласилась с ним Ирина. — И да… надеюсь, вы уловили моё отношение к вашим идеям? Оно примерно такое же, как ваша реакция на запах.
Николай, сдирающий с себя рубашку, как раз в этот момент сообразил, что ему придётся выходить к машине, а это без одежды как-то делать не принято, и как минимум, брюки и рубаха должны быть на нём. При каждом его движении вонь усиливалась и усиливалась, и он даже не сразу сообразил, о чём Ирина говорит. Впрочем, сообразив, тратить время на ответ не стал — кинулся на улицу к машине, вызвав паническое бегство людей, случайно оказавшихся неподалёку от его драгоценной особы.
Ирина хладнокровно проводила его взглядом, а потом взяла со стеллажа небольшой распылитель с прозрачной жидкостью и побрызгала ею в помещении лаборатории.
Вонь, заполонившая комнату, стремительно превращалась в лёгкий свежий аромат с горьковатыми нотками грейпфрута.
— Эффектно… — оценил Хантеров. — Пиджачок вот ещё бы побрызгать… Коленька обронил, да так и запамятовал, — он кивнул на невнятную горку ткани у выхода.
— Запросто! А вы его не передадите Николаю Петровичу? — Ирина мило улыбнулась, полностью перебивая вонь жидкостью-нейтрализатором, разработанным за праздники в домашней лаборатории деда. Они с мамой в четыре руки отлично справились, да ещё и кучу удовольствия получили.
— Отчего же не передать? Передам. Теперь-то он вполне-вполне терпимо пахнет. Один вопрос… он у меня в руках не расползётся в какого-нибудь химического осьминога?
— Ой, что вы… таких целей я перед собой не ставила! Это просто нейтрализатор запаха! — Ирина довольно кивнула на жидкость. — Вполне-вполне можно получить патент и использовать в домах, где есть животные.
— Да, причём животные очень-очень разных видов, — понимающе протянул Хантеров, показав взглядом на пиджак. — Из тех, что слова понимают значительно хуже, чем коты и собаки. — Отличная штука этот ваш нейтрализатор! А ещё не подскажете, что это за гм… химическая атака была?
— Да вот… Николай Петрович штатив закреплённый зачем-то от стола отрывали… отрывали, отрывали, а потом как толкнули… штатив дёрнулся…
— Мышка хвостиком махнула, яичко и разбилось, — в тон ей продолжил Хантеров.
— Ну так тоже можно сказать, — улыбнулась Ирина.
— А штативчик, как я понимаю, не просто так был закреплён?
— Правильно понимаете. В пробирках была органика, проводилась экспериментальная реакция с катализатором, от резкого взбалтывания началась неконтролируемая реакция, которая завершилась на гм… Николае Петровиче.
— Прекрасно! Просто прекрасно она там завершилась! — тепло улыбнулся Ирине Хантеров. — Я всегда говорил, что с медиками и химиками надо обращаться крайне корректно. Общество своё не навязывать, и эго своим не потрясать, а то мало ли что…
— И не говорите! — решительно кивнула головой Ирина, — Тем более, если речь идёт о химике в рабочей лаборатории!
Именно в этот момент дверь распахнулась и в помещение влетел Евгений Миронов.
— Ирина, всё в порядке? — он уставился на Хака, с бесстрастным выражением пакующего в чёрный мусорный мешок, поданный Ириной, чей-то крайне замызганный пиджак, от которого внезапно пахнуло непередаваемой потусторонней вонью.
Евгений аж отшатнулся, но Ирина, переглянувшись с Хаком, хладнокровно побрызгала какой-то жидкостью из небольшой бутылочки и вонь моментально сменилась приятным запахом.
— Ирина Антоновна, вы в пакетик ещё брызните, а? — Хантеров насмешливо покосился на Евгения, — А то опасаюсь, что не довезу я пиджачок вашему второму работодателю.
— Да, конечно… а можно вас попросить и цветочки забрать? — Ирина нейтрализовала «дивный аромат» пиджака и кивнула на очередной букет.
— Запросто… Женя, подай мне вон тот веничек из розочек, — ласково попросил Хак Евгения. — Его твой брат забыл — так торопился на воздух.
— А что случилось-то? — Евгений недоуменно обводил взглядом помещение. — Там на дорожке Колькин галстук валяется и это… смердит не по-детски! Прямо фонит!
— Ой, я сейчас и его дезактивирую, — улыбнулась Ирина и заторопилась во дворик, располагавшийся около лаборатории.
— Хак… ты мне можешь объяснить? — озадаченно окликнул Евгений довольного, как сытый кот, Хантерова.
— А что тут объяснять? Твой старший брат достал Ирину, вот она ему и показала, что бывает, когда с посконным рылом лезут в калашный ряд. И, кстати, насколько я могу судить, тебя она воспринимает совсем иначе, так что учти… И да… я бы на твоём месте уговорил бы её заключить договор на производство этой самой пшикалки — нейтрализатора запахов. Я много чего видел, но это — роскошная штука!
