- В реальном мире прошло не более секунды, и ты это знаешь. Если бы ты хотел только передать нам свои координаты - ограничился бы шифрованным пакетом.
- Мы уже знаем все, что знаешь ты. - Продолжала Вероника. - Будем знать, когда проснемся. Но город ты показал нам не для этого.
- Это платье. Хочешь знать, что оно для меня значит?
Сломанная Маска не ответил. Темнота, надвигающаяся на город, уже затопила башни с острыми стеклянными крышами, придвинувшись совсем близко, заключив здание с террасой в колодец непроглядного мрака.
- Такие платья носят только леди. - Снова заговорила Ребекка. - Оно красивое, и оно бесполезно. Для меня оно было мечтой - глупой, и тоже довольно бесполезной. Я не сделала ничего, чтобы эта мечта стала реальностью - но так получилось... само собой. Судьба, или нечто большее, захотела подарить мне мою мечту. А затем - отобрала.
Огромная молния ударила в шпиль над террасой, прозрачную вершину стеклянной пирамиды, осветив ее сверху донизу, будто невозможную свечу из стекла со сверкающим электрическим фитилем.
- Оно - как удар по лицу. Напоминание о том, что я женщина, что я тоже когда-то мечтала. Мне больно... больнее всего от того, что я уже не та, у которой оно могло вызвать радость. Хотя теперь меня ранит любое воспоминание. Но теперь, из-за этого платья, меня мучает вопрос. Ты погружен в сон, похожий на смерть, в чертовой дали, в пустоте, в оковах... Но даже во сне, без сил, без сознания - ты хотел увидеть меня в нем?
Вероника мягко рассмеялась.
- Да. - Просто ответил Сломанная Маска.
Следующая молния ударила в террасу, пронизав здание наискосок, расколов стекло и красные плиты - и в объятиях темноты, поглотившей их, еще несколько секунд продолжал звучать смех Вероники.
Интермедия V.
Через него лежали дороги.
Плетями дикого винограда, они прорастали сквозь плечи, пробивались через мышцы рук и ног, обвивали кости и падали с пальцев, разделяясь с каждым движением. Убегали в разные стороны, за темный горизонт, продолжаясь в невидимых, но близких городах, и каменных громадах Крепостей. Они жили и дышали, реагируя на удары его сердца, разогнанного в боевой режим, на меняющиеся строки, сообщающие об уровнях глюкозы, стремительно сгорающей в мышцах, на данные о микроскопических биочипах, нейтрализующих молочную кислоту, и снабжающих кровь кислородом.
Дышали вместе с ним, потому что он сам тоже был дорогой.
- «Таким вы видите мир, Джессика?» - спросил он когда-то, давным-давно, когда шрамы от вживленных нейроконтуров еще были свежими, и призрачные вероятности проходили прямо сквозь них, заставляя задыхаться от боли.
Ответа он не понял... тогда.
Он крепче сжал тепловой излучатель в левой руке, считывая уровни заряда батареи и перегрева одноразовых линз. Женщина под ним извернулась, пытаясь упереться коленом ему в бок. Он ударил ее по локтю, отбрасывая руку в сторону и вниз, блокируя в положении, удобном для перехода на удушение или болевой прием.
- Кто я?!
- ...острый-преострый Меч! - Крикнула девочка.
Дороги вокруг сплелись от ее крика, превращая изрытый взрывами пятачок посреди пустыни в призрачное дерево вероятностей, готовое расцвести. Частями ствола были все - бьющаяся под ним наемница, ее люди, с узкими и понятными дорогами, раненый монах, чей путь прослеживался издалека, растворяясь в неопределенности, и девочка, слова которой заставляли пути меняться. Не нужно было смотреть, он чувствовал их вокруг, каждое движение в вероятном будущем. Чувствовал так, как никогда раньше, с ненормальной, угрожающей ясностью, усиливающейся по экспоненте, с каждым бесконечным мгновением подводящей к чему-то новому.
К переходу в новое качество.
- «Адреналин? Нет, я даже не взволнован. Мне все равно - я знал, что придется драться с ней.»
Песок, поднятый движением воздуха под платформой, бурлил над остатками костра, и рытвинами от взрывов, черными в лунном свете. Возглас прозвучал и угас, потерявшись в свисте турбин. Монах, чьи пути терялись в двух шагах от костра, поднял винтовку, беря на прицел приходящих в себя наемников.
- Итак? - Спросил Неро, сдерживая возможные вероятности, грозящие вырваться наружу, и обратиться в реальность.
- Ладно. - С трудом выдавила наемница. - Ты мой принц. Неро, Меч короля. Кто бы еще уронил меня подсечкой, как девочку. Я сдаюсь. Драться с тобой не хотела. Мне и Феникс не нужна, так, походу, кредитов срубить...
Он всматривался в ее лицо, правильное, несмотря на рассеченную бровь и ссадину на лбу. Красивое, если не обращать внимания на глаза, пронзительные и злые. Ее смерть и жизнь лежали рядом с ней, симметричными тенями, и это тоже было правильно, и красиво. Мир сузился до этого лица, оставив за гранью остальных - монаха, девочку, живых и мертвых наемников.
Всему свое время.
- Ты сожгла мой кар. - Произнес он, удивляясь тому, как огненный столб, и вспышка, осветившая пустыню на пару километров, могут обратиться в такую короткую фразу.
- Кто знал, что он твой? Вернемся в Атланту - куплю тебе новый, какой скажешь. - Ее слова были полны сомнения, и он нажал сильнее:
- Ты мне помешала.
