— Видимо, да, начни с начала, будь так добр, — девушка сложила руки на груди и выжидающе уставилась на недовольного гостя.
— Так и быть, — проворчал дух и принялся «разгуливать» от окна к двери и обратно, задумчиво вздыхая и охая. — Ты уже знаешь о том, что я был слаб, и это правда. Мать оставила меня новорождённого на пороге храма Ньир со словами «раз уж ты эльф, пусть эльфийские боги и позаботятся о тебе», больше я ничего не знаю о ней. Думаю, она просто испугалась моих ушей. С этой стороны Вечных гор не любят остроухих детишек. Мой дар всегда был… тусклым, далёким, как вода в тёмном колодце. Дотянуться и потрогать можно, а вот зачерпнуть полные ладони не получится. Но кое-что у меня всё-таки получалось. Тени. Они слышали меня, а я их. Я многое узнал из их песен…
— Ты мне расскажешь? — вставила Лизабет.
— Шшшш, не перебивай меня! Я познакомился с одним из их… предводителей или жрецов? Это трудно перевести на язык людей. Смысл частично теряется, но не важно. Я понял, что должен перейти черту, проще говоря, умереть в мире живых. И тогда, освободившись от дурацкого ушастого тела, немощного и уродливого, я смогу получить свой дар в полном объёме! Ты понимаешь? Тени готовы были принять меня в семью…
Он дёрнулся к лицу некромантки со скоростью, не подвластной ни одному живому существу, но она не отшатнулась. Спокойно кивнула, показывая, что внимательно слушает.
— Я всё продумал, подготовился, — шуршащий голос совсем притух, зазвучал будто бы из-под подушки. — Сделал так, чтобы моё тело никому не пришло в голову искать.
— Ты открыл окно, верно? — уточнила Лиза.
— Верно, — кивнул Эйнар. — Даже Тэрон на своих крыльях не долетит до дна ущелья. Это был прекрасный план. Потом я украл из лаборатории Велиора яд и спрятался в старой оранжерее за ящиками с землёй. Там было тепло, очень тепло и темно, там вкусно пахло орхидеями и лилиями. Я так боялся умирать, но в той тьме мой страх просто исчез, растворился без остатка. Я спокойно выпил отраву и уснул. Последнее, что я помню — это как моя щека касается мягкого мха. Нежного, пушистого.
Девушка невольно поёжилась от его слов:
— Что же случилось дальше?
Дух долго молчал, повиснув над полом. Его призрачные одежды бесшумно шевелились, словно от невидимого ветра.
— Я ждал, долго ждал в тумане, но переход всё не завершался. И тогда я понял, что моё тело украли. Старая Фукса нашла и прикарманила мой трупик, а потому я всё ещё болтаюсь не пойми где и не могу ни получить мой дар, ни освободиться от вашего омерзительного мира живых! Связывающие чары лежат на моём теле, вот что! Сними их, и я буду являться на твой зов, когда ты пожелаешь. У меня будет сила, и я стану весьма полезной тенью, знаешь ли.
Лиза глубоко вздохнула и потёрла виски:
— Кто эта старая Фукса и где сейчас твоё разнесчастное тело?
Эйнар печально ухнул:
— Она смотрительница в той части Академии, куда студентам ходить запрещено! Сотню лет назад возле оранжереи обвалился мост и кусок стены, а потому древнее здание закрыли, оставив лишь старые архивы и теплицу с ядовитыми растениями. Не бойся, я проведу тебя безопасным путём, никто не заметит… даже Фукса. Я бы и сам всё сделал, но дар не подчиняется мне. Нужен живой маг, к сожалению.
— Что ж, я готова, приступим прямо сейчас? — поинтересовалась некромантка.
— Не сейчас, — предостерегающе прошипел дух. — Путь лежит через старый сад, слишком светло, тебя могут заметить сверху. Тэрон часто облетает Академию и смотрит за порядком, даже летом. Встретимся на закате. Позови меня по имени, держа в руках одну из моих вещей, и я появлюсь. До встречи…
Не дождавшись ответа Лизы, призрак растаял в воздухе. Девушка задумчиво помотала головой, медленно вернулась к своим записям, налила из кувшина воды в любимую кружку и выпила всё до дна. На языке чувствовался странный привкус ржавчины. Поверх разбросанных рисунков лежали осколки флакончика цвета морской волны, чистые и прозрачные. От крови не осталось ни единого следа. Почувствовав лёгкий укол сомнения, она осмотрела свои пальцы и нашла свежую ранку, которая от нажатия отдалась несильной болью. После глупейшего случая с тенями Лиза решила, что не всему происходящему стоит безоговорочно доверять, но всё же разговор с бывшим студентом Тэрона не мог ей примерещиться. Разве что она окончательно сошла с ума и исполняет неведомые ритуалы среди бела дня, слушая голоса в своей голове? Чем тогда она лучше несчастного Эйнара, если не умеет справиться с проделками тёмного дара?
