Девушка медленно двинулась вперёд вдоль стены, едва касаясь её кончиками пальцев, пока дорогу ей не преградила ветвь магнолии, вся в восковых, готовых сию же минуту лопнуть, бутонах. Лиза бережно отодвинула её и улыбнулась:
— Эти обещания скрепляют заклинаниями, да?
— Иногда, — равнодушно выдохнул дух. Она представила, как фыркнул бы живой полуэльф, если бы стоял рядом с ней, а не висел над головой бесплотной тенью. — Обычные глупости влюблённых!
— Но я имела в виду не только надписи, — она задумалась, не в силах подобрать своим ощущениям нужных слов, — что-то такое особенное в воздухе. И это не запах, и не тишина, не знаю, как сказать…
Ей показалось, что Эйнар недовольно засопел, раздумывая, стоит ли разъяснять некромантке такие очевидные для нормального полуэльфа вещи:
— Язык людей беден, согласен, — промолвил он, — а вот в эльфийском есть подходящее слово. Оно переводится примерно как «тень присутствия». Когда ты испытываешь сильные эмоции, то их следы остаются в том месте, где это происходит. Все эти деревья, дорожка, камни, скамейки — они словно помнят радость и восторг тех, кто приходил сюда за признаниями в любви, объятиями, поцелуями и всё такое.
Лиза зачем-то нащупала в кармане ключ от комнаты — интересно, помнил ли он руки своих прошлых хозяев?
— С несчастьями ведь то же самое?
— Конечно, — буднично ответил дух. — Даже обычные люди порой ощущают это, не говоря уже о магически одарённых. Места сражений, казней или эпидемий, где погибли многие.
Разумеется, в теории Лиза обо всём этом слышала, но ей никогда не доводилось бывать в подобных жутких местах, а Фоллинге, её безмятежная родина с приветливыми домишками, цветущими садами и чистыми озёрами, представлялась сейчас местом сплошного, нескончаемого счастья. И даже события последних месяцев, когда Лизе приходилось совсем несладко, не смогли отравить её детской памяти о родной земле.
— А кладбища? — неожиданно для самой себя спросила она.
Эйнар нервно расхохотался и доверительно склонился к Лизе, чуть не коснувшись её головой. От призрака ощутимо повеяло нездешним холодком.
— Некромантка, которая ни разу не бывала на кладбище! Думаешь, это не смешно? Это так смешно! Я был уверен, что ваша братия жить не может, если поблизости нет могил и костяшек!
— Ну, знаешь ли, во всей Веллирии давно уже не принято хоронить тела в склепах или могилах… — начала было она, но развеселившийся дух уже умчался вперёд и пришлось поспешить вдогонку.
«А всё-таки, что именно я могла бы почувствовать, окажись среди десятков и сотен мертвецов, лежащих в земле? — продолжала думать она. — Могла бы я услышать их воспоминания, или каменные надгробия помнят лишь боль и скорбь тех близких, что рыдали над ушедшими?» Окончательно додумать свои предположения девушка не успела: Эйнар привёл её к наглухо закрытой низенькой двери. Лиза с сомнением подёргала кованую ручку:
— Похоже, заперто изнутри.
И действительно, на внешней стороне ей не удалось отыскать следов магического ключа, зато сквозь продолговатую замочную скважину едва заметно просачивалось излучение наложенного заклятия. Дух снова пролетел перед самым носом девушки:
— В оранжерею есть и другой вход, но проползти через чёрный ход архива куда безопаснее. Фукса редко заглядывает в эту часть, возится со своими питомцами в глубине здания.
Лиза невольно вздрогнула:
— Про питомцев ты меня не предупреждал!
— Растения, они всего лишь растения, успокойся, трусиха, — зашипел призрак. — Как ты собираешься открывать эту дверь?
— Вообще, это твоя затея, — выпрямившись, сурово сказала Лизабет. — Ты обещал провести меня безопасной дорогой, а не устраивать полосу препятствий.
— Ха-ха, полоса препятствий, — вновь заухал он, смеясь. — Не знал, что домашние девчонки знают такие слова!
— К твоему сведению, я боевой маг, а не домашняя девчонка, — она стукнула о камень зажатым в руке посохом и обдала наглеца веером огненных искр.
— Шшшш, что ты творишь, бестолочь? — моментально завопил он. — Хочешь, чтобы Фукса явилась на твой стук?
— Хочу, чтобы ты перестал попрекать меня тем, что я девчонка, — снизив голос, объяснила Лиза.
Дух нырнул в замочную скважину, и она приникла к ней ухом.
— Твоё счастье, я немного разбираюсь в магических замках. На окне был почти такой же. Надеюсь, ты знаешь, как звучат охранные руны? Ты должна повторять их точь-в-точь прямо в отверстие для ключа.
Вспомнив, что её спутник, несмотря на свою болтливость, не имел доступа к дару, девушка смягчилась. Она опустилась на колени и принялась шептать заржавленному замку формулу, которую диктовал с той стороны Эйнар. Хруст, щелчок — и дверь стало возможным открыть. Изнутри было темно, пахло стоячей зелёной водой, плесенью и гниющим деревом. Лиза дотронулась было до стены, но тут же отдёрнула руку: камень оказался покрыт мерзкой слизью.
