- Нет… - Лиса переглянулась с братьями, - я ушла с Томом и Ченни.
Фокси наклонилась к ней, внимательно вглядываясь в ее лицо, а потом внезапно порывисто обняла.
- Эй, эй, дамочка, - вскинулся Том, но Ченни притормозил его. Покачал головой отрицательно. Типа, не сейчас.
- Элис, Элис, черт… - Фокси оторвалась от нее, осматривая внимательно блестящими глазами, - я не узнала тебя, ты так выросла… Не помнишь меня?
- Нет…
- Ну да, откуда тебе… Мы и виделись один раз только, когда вы с Ненни только в общину пришли. А я ушла. Это потом я еще Ненни несколько раз видела…
Том, хлопнув брата по плечу, кивнул на еду, дескать, давай наворачивай, пока есть возможность.
И Стоуны опять навалились на рагу, не забывая слушать и смотреть.
Жан, сидящий с другой стороны дивана, спокойно, как ни в чем не бывало, доканчивал остатки рагу прямо из кастрюльки и на происходящее реагировал мало.
А Фокси все разглядывала Лису, бормотала что-то о том, что не надо было Ненни оставаться там, что надо было уходить, может, и живая была бы.
И Лиса неожиданно для самой себя разрыдалась. Горько и с облегчением.
Она не могла плакать, когда Ненни умерла. Дэниэл все время орал и бесился. Приходилось прятаться, скрывать следы тоски. Да и слезы не приносили утешения. Только множили боль. Лиса была настолько растеряна тогда, настолько разбита, что даже не сразу осознала, что ее приемной мамы больше нет.
И, пожалуй, только теперь, встретив человека, который знал Ненни, она смогла именно оплакать ее, проститься с ней в своем сознании.
- Ну вот… Расстроила малышку, - пробормотал огорченно Том, но Ченни, внимательно наблюдая за происходящим, только головой помотал отрицательно. Чтоб не лез.
У их девочки внутри была огромная дыра. Он это видел. А еще видел то, что за время общения с ними, дыра эта стала меньше. Они лечили Лису одним своим присутствием, тем, что давали уверенность и защиту.
Том, прямолинейный и простой, как топор, не понимал этого, конечно же, но чуял. И на инстинктах делал то, что правильно, говорил то, что нужно.
И сейчас он не особо возмутился. Скорее, для приличия, осознавая, что женщинам иногда надо поплакать. Да и Фокси в слезах становилась более простой, что ли. Более человечной. И этим можно было воспользоваться для душевного разговора.
12
- Малыш… Иди сюда скорее.
Лиса тихо выдохнула и уперлась ладошками в грудь Тома:
- Не надо, ты что? А если Фокси…
- Да плевать… Чего она не видела? А я перенервничал чего-то сегодня… Успокой меня.
Он рывком притянул ее к себе, жадно и беспорядочно целуя щеки и шею, оттягивая немного голову девушки назад за толстую косу, так, чтоб получить больше доступа. Лиса, чувствуя, как заводится ее мужчина, только беспомощно посмотрела на прикрытую неплотно дверь комнаты, определённой для них Фокси на ночлег:
- Надо дверь закрыть…
- Братуха закроет. Он скоро. С гоблином болтает…
Том провел руками по плечам Лисы, стягивая кофту:
- Черт… Еще майка какая-то…
Он уже терял терпение, рыча, задирая на ней ветхую футболку с изображением мышонка, и грубовато обхватывая нежные полушария груди, не скованной бюстгальтером.
- Ох, малыш… - Он немного отстранился, разглядывая ее, - вот чего мне нравится во всем этом дерьме, это то, что бабы перестали таскать эти удавки… Так гораздо лучше…
И в доказательство своих слов он резко поднял легкую девушку, усадил себе на пояс и прикусил собравшийся остренький сосок.
Лиса, за этот маневр успевшая только ахнуть разок, задрожала и крепче ухватилась за плечи Тома.
- Так и знал, что без меня начнете, засранцы, - Ченни, увидев картину маслом, плотно притворил дверь за собой и стащил через голову клетчатую рубаху.
- А я думал, ты себе нового друга нашел, тебе там интересней, - Том, не прекращая целовать уже не особо соображающую Лису в шею, шагнул к топчану, застеленному относительно свежими тряпками, и бережно уложил ее, сразу расстегивая и сдирая с девушки штаны.
- Том… Ченни… - Лиса, не сопротивляясь, только запрокинула руки над головой, пытаясь ухватиться за край топчана и подтянуться повыше. Ноги она при этом отчего-то сжала вместе, словно старалась закрыться от дико нескромных взглядов своих горячих мужчин, - я боюсь, что Фокси… Она, может, не понимает… И не одобряет…
- Наши постельные дела никого не касаются, - покачал головой Том, дергая ремень на своих штанах и не сводя взгляда со смущенной Лисы, - давай, малыш, раздвинь ножки, покажи себя…
- К тому же, Фокси твоя сама далеко не монахиня, - хмыкнул Ченни и наклонился к Лисе, становясь перед ней на колени и , не дожидаясь, пока девушка выполнит приказ старшего брата, мягко раздвигая тонкие ножки.
- Эээ, куда? – возмутился Том, который как раз отвлекся на стягивание штанов и упустил момент, когда брат успел обнять Лису первым, - ты охерел?
- Что значит, «не монахиня»? – Лиса, послушная опытным рукам Ченни, раздвинула ноги, закинула их ему на талию и обняла за шею, вцепляясь пальчиками в затылок.
