Я следую за ней во внутреннее помещение, оборудованное мягким креслом, как в кабинете у дантиста, инструментами и табуретом для мастера. Наверное, эта комната для тех, кто намерен набить тату ниже пояса. И для несовершеннолетних, вроде меня.
Я сажусь в кресло, кладу папку на колени и открываю. Каких только птиц здесь нет – сидящие на ветках, летящие, поодиночке, парами и целыми стаями. Некоторые нарисованы в анимационном стиле, другие – как настоящие.
– Где будем делать рисунок?
– На запястье.
Я вытягиваю левую руку, которая до сих пор чуть тоньше, чем правая, и показываю на бледную внутреннюю часть запястья, где был перелом.
– Здесь.
– Хорошо, я сейчас вернусь. Тебе нужно подписать кое-какие бумаги.
Мое внимание привлекает самая маленькая птичка. Она не похожа на остальных, слишком пестрых или полностью черных. Моя птица – контур птичьего тела с расправленными крыльями. Ее лапки не прижаты к животу. Она не летит, а лишь собирается взлететь.
Джиа возвращается, и я показываю ей картинку.
– Такую хочу.
– Зяблика?
– Что?
У меня замирает сердце.
Джиа показывает на птичку.
– Ты ведь ее хотела? Это зяблик[2].
– Ты шутишь? – Я закрываю лицо рукой.
– Нет. А что?
Поднимая глаза к потолку, я вздыхаю.
– Ничего, все хорошо. Странное совпадение.
Возможно, у меня на руке должна быть именно эта птица. Пусть зяблик напоминает мне о нашей летней дороге. Обо всех грустных моментах лета. И о радостных, когда я была готова расправить крылья и взлететь.
С другой стороны, это совпадение может значить, что я должна изменить не свое тело, а свое отношение к Мэту. Ненавижу его за то, что он пробирается обратно в мою жизнь там, где я этого меньше всего ожидала.
Джиа скрещивает на груди свои изрисованные руки, ярко-красные ногти выделяются на фоне бледной кожи.
– Извини, не мое дело… но можно, я дам тебе совет?
– Конечно.
– Как художник, я очень хочу сделать тебе татуировку, – тихо говорит Джиа, словно боясь меня обидеть. – А как человек, который знает, что такое обида и боль, я бы предложила тебе еще раз все обдумать. Может, попробуешь сначала временную татуировку, чтобы понять, нужно ли тебе это?
Я с благодарностью принимаю совет.
– Давай сделаем мехенди – татуировку хной, – говорит она, открывая ящик. – Какой ты хочешь узор?
– Что-то простое. Маленькое, – вздыхаю я, откидываясь на спинку кресла. – Все что угодно, только не зяблика.
Я выхожу из салона с татуировкой из хны на запястье. Джиа изучает восточное искусство, но вместо традиционного узора, который используют индийские женщины, она нарисовала мне небольшое созвездие – Малую Медведицу. Она медленно соединяла звезды между собой тонкими линиями, называя их имена.
– На самой вершине – Полярная звезда, путеводная звезда…
Природа набралась решимости: с небес льется дождь, стуча тяжелыми каплями по крышам магазинов. Пахнет летом – горячим мокрым асфальтом. Я выезжаю на дорогу, залитую водой. Дворники моей старушки не справляются, и я едва вижу, куда еду. Когда наконец-то замечаю деревянный забор своего дома, вздыхаю с облегчением и на раскисшей подъездной дорожке выключаю зажигание. Несмотря на ливень, у нашего дома невероятно уютный вид. На мокром крыльце стоят чисто вымытые, блестящие горшки с цветами. Позади дома виднеется фиолетовое лавандовое поле Бренды. Дождь постепенно ослабевает, поэтому я прикрываю татуировку рукавом и бегу к дому. На туфли налипает грязь, и я с трудом добегаю до крыльца.
Поднявшись к себе, я снимаю мокрую одежду, закутываюсь в пушистый халат, ложусь на кровать и разглядываю фотографии на вентиляторе. Они без остановки кружатся надо мной – лето снова проносится перед глазами. Пищит телефон. Сначала я думаю, что пришло еще одно сообщение от Мэта, хотя он уже два дня ничего не писал. Но это Ди прислала мне видео со своего концерта.
«Посмотри, что я сделала! Без тебя все не так».
Я вздыхаю. Она звонила вчера вечером, спрашивала, приду ли я на последний концерт в Нэшвилле. Нет уж, спасибо. Не желаю находиться в одном помещении с Мэтом, даже если это огромный концерт-холл. Как несправедливо! Мы с Ди начали лето вместе и должны были закончить его вместе.
Нажимаю на ссылку и перехожу на видео с «Ютуба», которое называется «Лайла Монтгомери – МОЯ жизнь!» Она сделала это, спела песню, которая начинает воплощаться в реальность. Запись начинается с того, что на пустой сцене появляется Ди в своем любимом голубом платье, с гитарой через плечо. Она поет одухотворенно, искренне и сражает всех наповал. В каждой строчке – «стойкость и благодать». Ей больше не придется врать своим поклонникам. Она доказала, что способна покорить мир одна.
Дослушав до конца, я сразу хочу ответить Ди, однако что-то мешает. У меня было целое лето, чтобы привести свою жизнь в порядок, чтобы стать лучше. А вместо этого я впуталась в очередную историю с парнем. За каких-то четыре месяца я дважды пережила измену. Я сама себя разочаровала. Знала ведь, что это случится, – и все равно доверилась.
