Примерно через три седмицы после прибытия картаэльцев одному из них, тару Анориэну, наконец удалось ухватить логику в построении схемы, и после этого расшифровка пошла полным ходом. А еще он оказался на удивление открыт новым идеям, поэтому мой вопрос о том, можно ли при помощи магии Смерти создать систему раннего предупреждения прорывов, воспринял с интересом, а не предубеждением, как местные маги. Как я поняла, это оказалось для него вызовом, так что он выказал желание побывать хоть в одной точке прорыва. Мы вызвались его сопровождать, благо по приказу тара Ариэша в Тар-Каэре теперь постоянно дежурила шестерка молодых драконов. Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло: тар Анориэн сразу заметил напряжение магических сил и его постепенное нарастание. Ну а после отражения атаки тварей, что состоялась через сутки после нашего прибытия, он и вовсе сказал, что знает, как создать сигнальный амулет. В результате на три седмицы они с Лартом выпали из жизни — Ларт и вовсе, как мне жаловалась Талли, появлялся дома только чтобы поспать. Итогом их работы стала небольшая серебряная пластинка, которая начинала менять цвет примерно за сутки до прорыва. И это было победой: боевиков катастрофически не хватало, а обычных воинов и вовсе убрали от проходов сразу же, как поняли влияние каждой новой жертвы на силу атаки. В результате наша звезда — Сигни присоединилась к нам через два месяца после свадьбы — стала чем-то вроде «Скорой магической помощи»: обнаружив изменение цвета пластинки, маги сообщали об этом ректору через артефакт связи, и мы тут же вылетали… Впрочем, и это не спасало, мы не могли разорваться, а прорывы шли с невероятной интенсивностью. Практически каждую седмицу в битвах с тварями мы теряли боевиков, и каждый раз я с замиранием сердца спрашивала о павших, страшась услышать имена тех, кто за годы учебы стал мне друзьями. Правда, пока Боги миловали…
И вот наконец все было готово: маги Смерти разобрались, как уничтожить заклинание, хотя тар Анориэн и сказал мне, что в нем остался элемент, которого он не понимает, амулеты защиты готовы, боевики и целители собрались в Тар-Каэре, через пару дней должны прилететь драконы. К сожалению, разведка, которую предприняли Лар и Раян, не дала практически ничего. Выяснилось, что помимо сводящей с ума магии Туманные горы накрывает невероятно сложный магический купол, при его применении точно применялся Воздух и Огонь, а судя по тому, как изменил цвет амулет-индикатор — и магия Смерти тоже. Фактически нашлось лишь одно место, где этот купол был преодолим: что-то вроде узкого, метров пятнадцать, коридора со стороны Картаэля. Друзья не решились соваться туда в одиночку, уж слишком это было похоже на ловушку. Ну что ж, даже если это мышеловка, в этот раз в нее попадется не мышка, а дракон!
Я вздохнула и посмотрела на Кэла. Он тут же отреагировал:
— Что ты задумала, Лин? Я очень хорошо знаю это выражение лица!
— Знаешь, это может прозвучать странно, но я хочу попрощаться. Со всеми, кто сыграл важную роль в моей жизни. С родителями Рейна и Мэли, Тиррианом и Леарой, учителем Ларгом и Биртом, с Фралией и Салией…
— Ты говоришь так, словно не ожидаешь вернуться, — на его лицо легла тень.
— Знаешь, в моем прежнем мире говорилось, что мы никогда не возвращаемся — всегда возвращается кто-то другой, — невесело улыбнулась я, погладив его по щеке, — но ты же понимаешь, что мы можем там погибнуть?
— Понимаю, — помрачнел он, — и больше всего хочу оставить тебя дома, хоть и понимаю, что это невозможно, ведь именно ты ведешь нас за собой. Да-да, и не спорь, милая, — он сильнее прижал меня к себе, — именно ты вдохновила нас на этот поход. А относительно твоего желания… Да, я понимаю его. Только одну я тебя никуда не отпущу!
— Я надеялась, что ты так скажешь, — с любовью улыбнулась я мужу.
Следующие несколько дней я наносила визиты. Было радостно видеть улыбки тех, кто стал мне дорог за эти годы, и страшно никогда больше не увидеть их. Последними в списке оказались Фралия и Салия, которая очень долго не хотела меня отпускать, так что матери даже пришлось сделать ей замечание:
— Салия, им пора идти, отпусти уже ее.
— Сейчас, я просто хочу Лин кое-что по секрету сказать, можно?
Я улыбнулась Фралии и кивнула. Та вздохнула:
— Ладно уж, егоза. Пойдемте, тар Кэлларион, оставим их посекретничать.
Когда они вышли, я притянула девочку к себе и спросила:
— Ну, рассказывай!
— А к нам Лан приходил, попрощаться. И сказал, что я для него как маленькое солнышко, вот!
— Ты и правда как солнышко, — улыбнулась я ей, — с тобой всегда тепло. И я рада, что Лан это понимает.
— Он хороший, — мечтательно заявила Салия, — я по нему скучать буду. И по тебе, сильно-сильно!
— А я по тебе. А теперь мне пора, — ответила я, поднимаясь.
Салия кивнула и протянула мне руку:
— Я тебя провожу.
