Глава Агальмаритов успешно выполнил задуманное и привез Алую Сферу. Ломенар так и не мог называть его отцом: слишком долго они оставались чужими друг другу. Тем не менее он был рад отвлечься. Теперь оба знали его тайну, он все же выговорился им. В первую очередь своему другу: Ломенару не сразу, но удалось пересилить себя и рассказать и о кошмарах, и о трудностях с применением оружия. Амартэлю он доверил более краткую версию – тот в целом понял его и поддержал как мог, хотя поддержка Иннера оказалась для Ломенара более желанной и ценной.
Сам же Амартэль поделился такими новостями, что, выслушав его, Ломенар на миг забыл про собственные заботы, и даже мысли об Эльдалин отошли на второй план.
Впрочем, стоило ей вернуться, и тревога за нее вспыхнула в нем вновь. Встретив ее на площади у дворца вместе с другими придворными и выказав ей подобающее уважение, как и подразумевала его должность советника по делам людей, Ломенар с трудом дождался, когда королева направится на отдых, и перехватил ее у дверей ее покоев.
– Эли, как ты? Цела? – Он бросился к ней, не обращая внимания на ее личных стражей, смотревших на него с неодобрением. Бережно взял ее за руку, заглянул в глаза – прежде лучистые, теперь какие-то погасшие. От усталости или чего-то другого?
– Не ранена, – рассеянно отвечала она, глядя куда-то мимо. – Но в остальном все плохо.
– Тут тоже есть новости, и не самые добрые. С другой стороны, они могут быть решением твоих нынешних трудностей. Отдыхай, завтра все расскажешь, – он погладил ее пальцы. – И еще: прибыл кое-кто, с кем тебе непременно нужно поговорить.
Хотя Ломенар и рассказал ей о том, кто искал с ней встречи, и появление Амартэля не стало неожиданностью, все же, когда на другой день он вошел с ним в королевскую приемную, Эльдалин едва смогла скрыть волнение. Преступник, погрузивший под воду часть Оссианды, или оклеветанный мечтатель, открывший однажды путь в другие миры, – так или иначе, он был легендой. Когда в прошлом Эльдалин слышала его имя, ей казалось, что речь о персонаже из древних историй, в которых вымысел с правдой перемешался за давностью лет. И он и правда внешне очень походил на Ломенара – наверное, тот станет таким же через много лет…
Если станет. Если проживет эти много лет – королева с внезапным испугом осознала, что даже не знает, насколько сокращается срок жизни того, кто рожден от союза
– Приветствую королеву, – Амартэль учтиво поклонился, и Эльдалин вздрогнула и смутилась: занятая своими мыслями, она молчала неприлично долго, не уделяя внимания гостю. Однако тот ничем не выказывал раздражения или нетерпения, спокойно рассматривая собеседницу.
– Приветствую гла… – Она замолкла, подбирая слова. На деле Амартэль был вне закона, лишенный всех званий, да и от его клана в Риадвин не осталось почти никого. – Уважаемого
Гостя, судя по всему, это обращение устроило, и все трое расположились в мягких креслах. Слуги еще загодя принесли легкие закуски и кувшин с
– Твой сын сказал, что ты принес важные вести, – проговорила Эльдалин после недолгого молчания.
– Все верно, – откликнулся Амартэль. – Я собирался передать все, что узнал, и лишь думал, с чего бы начать. Полагаю, Ломенар уже сообщил тебе, моя королева, что мир на грани гибели. И нынешние войны не имеют к этому отношения, а потому не имеют и большого значения. Также, должно быть, ты слышала, что на Эммере я имел честь вести беседу с самой Создательницей этого мира. И потому убедился в том, что подозревал и прежде: у нас нет возможности остановить разрушение.
Он замолчал, очевидно давая ей время принять сказанное.
– Но ты ведь пришел не только затем, чтобы сообщить, что мы обречены. – Эльдалин ощутила, как кровь отливает от лица.
Ломенар беспокойно шевельнулся.
– Я пришел, чтобы спасти своего сына и тех, кто ему близок. Я немногое дал ему в этой жизни, быть может, хоть напоследок смогу загладить часть своей вины в том, что не был рядом, когда он нуждался во мне.
– И скольких можно спасти? Сколько
