"От жеж матерь вашу! И мне теперь в это же Порубежье придется топать", наемник тяжко выдохнул. "Ну просто здорово! Там самому бы выжить, а уж другого человека найти… Даже если найдешь, как потом-то?" Эур почувствовал, как в бороде пробиваются седые волосы. Громко и нецензурно выбранился.
Но… Контракт есть контракт. Он спрятал амулет обратно под одежду.
Как раз то, чего он и боялся — запад. На западе находится Порубежье, тот самый край, которым он только что стращал бандитов. Одно дело пробраться через Порубежье к портовому городу и сесть на корбль, готовый увезти тебя подальше от этого скопища психов. Совсем другое дело — сновать по графствам в поисках одного человека, рискуя жизнью каждую минуту.
Эур полежал еще немного на постели, собираясь с мыслями. И с силами.
Поднялся, рассовал все вещи по карманам, амулет на шею, подтянул перевязь с клинками. Выглянул в коридор — труп уже пропал. "Хорошо работают. Ну что ж, не моя проблема все-таки", ухмыльнулся он про себя и, тяжело припечатывая каблуками, спустился в общий зал.
Внизу разогревалась группа музыкантов. Для них расчистили угол сбоку от входа — хозяин, видимо, пытался отмазаться за провороненное ночное нападение.
Не особо обращая на них внимание, Эур подошел к стойке и заказал немного пожевать. Ему достались сыр и три ломтя копченого мяса. Он принялся было за мясо, раздумывая, не взять-ли чего смочить горло, но тут музыканты заиграли и внимание полностью переключилось на них.
Первым начал барабанщик тяжелым ритмом, потом подключились лютня и флейта. Эур застыл с куском сыра в зубах — мелодия выходила настолько сумрачная и зловещая, но в то же время динамичная, увлекающая, что почти никто в зале не остался безучастным, разговоры притихли, все взгляды обратились в угол музыкантов. А те, похоже, наслаждались своим творением, не обращая никакого внимания на окружающих.
Эур поймал себя на том, что начал чувствовать что-то мрачное и это мрачное ему совсем не понравилось. Была-ли тому причиной музыка или что-то иное, не понять.
Он заглотил последний кусок сыра и обернулся к хозяину, чтобы попросить выпивки, но в этот самый момент с улицы донеслись панические крики, прорвавшиеся сквозь игру музыкантов и тяжелую дверь. Эур напрягся. Почти сразу же дверь распахнулась и в проеме появился мертвенно бледный Дард. Все взоры сразу же перескочили на него. Музыка прервалась. А он сделал лишь шаг вперед. И рухнул.
В его спине торчали две стрелы с черным оперением. Судя по их форме, это были стрелы для лука и они вошли глубоко, едва не насквозь. Наемник рванулся к другу, попытался приподнять его, но Дард только повернул голову в его сторону, выплюнул кровь и прохрипел:
— Это "Ждущие ночи". Они здесь. Беги.
— Где, где они?!! — Эур сорвался на фальцет.
— За трактиром, в переулке… — прошептал Дард.
Тело охотника обмякло. Эур стиснул зубы так, что зарябило в глазах. Уложил тело друга на пол и выпрыгнул наружу, лихорадочно зыркнул в обе стороны, отскочил к стене трактира. Прохожие жались по сторонам, гомонили и указывали пальцами на разверзстую дверь корчмы.
В дальнем конце улицы что-то черное мелькнуло и исчезло в переулке. Наемник хотел уже броситься туда, но сразу осознал, что это не выход, а скорее шанс схлопотать стрелу самому. К тому же, это могло быть и черное платье богатой горожанки. Он едва не взвыл от бессилия. Заскочил обратно в зал. Дард лежал на боку, его лицо не выражало ничего, разве что какое-то едва заметное неземное облегчение.
Северянин опустился на колени, закрыл глаза охотника и прошептал последнее напутствие, каким обычно прощались с успошими в родном племени:
— Да сбудутся все твои желания в благословенном краю Тиарн, друг. Мы встретимся там.
Он поднялся на ноги. Люди, наблюдавшие за ним, поспешно отвернулись — взгляд Эура выражал такую дикую злобу, что любой незнакомый человек прочел бы в его глазах свой смертный приговор. Однако это выражение схлынуло так же быстро, как и пришло.
Наемник начал действовать. Первым делом он подскочил к хозяину и швырнул на стойку золотой фондер, который незамедлительно срикошетил и улетел бы очень далеко, если бы Эур тут же не прижал его ладонью к доске.
— Это на похороны моего друга. Ясно? Похороните его с почестями, он это заслужил, — северянин говорил негромко, но убийственно-ледяным тоном, так, что хозяин покрылся испариной. И быстро-быстро закивал.
Эур взбежал наверх, перепрыгивая через две ступени, сграбастал свою заплечую торбу и слетел вниз. Люди поспешно расходились. Эур поймал хозяина за отворот воротника. Глаза у того бегали и прыгали по сторонам, паника была не за горами. Наемник зашептал:
— Черт, хорошо же у вас тут стража работает! Неплохой городок вообще! — видя, что хозяин вот-вот завопит благим матом, он сбавил натиск. — Неважно, ты здесь ни причем, успокойся. Выведи меня через заднюю дверь. Ну!
