Бой с 13-й дивизией начался в одиннадцать часов и продолжался два часа. Наши танки и противотанковые пушки вели огонь с места. Шла острая огневая дуэль. До десяти танков и штурмовых орудий потерял в этой дуэли противник. И не только от огня танков: 120 мм рота минометного батальона под личной командой комбата капитана Носкова зажгла два танка и одно штурмовое орудие. Отражение контрудара было поддержано также огнем дивизиона реактивной, двух дивизионов гаубичной артиллерии и штурмовиками Ил-2. Этот огонь остановил и прижал к земле следовавшую за танками фашистскую мотопехоту; понеся потери, она начала отходить в направлении Брезоайя, а вслед за ней отошли и танки. Контрудар был отбит, несмотря на опоздание 292-го полка СУ-100.
В танковом полку особо отличились: командир башни гвардии сержант Н.А.Батраев и заряжающий гвардии младший сержант М.Г.Вовченко. Они метким огнем уничтожили два противотанковых орудия, семь повозок с боеприпасами и до 20-ти гитлеровцев. А также командир танка младший лейтенант А.Р.Король, танк которого сжег два штурмовых орудия.
Но и нам этот бой стоил потери трех танков сожженными и двух подбитыми, а в противотанковом полку — выхода из строя двух орудий.
После доклада комбрига об отражении контрудара, генерал Жданов сказал:
— Поздравляю с первым и очень важным успехом! Но главное — без задержки вперед.
Это и делалось. Во время отражения контрудара ПО и 1-й мотострелковый батальон продвигались вперед и к 13-ти часам находились в 2-х километрах западнее Фештелицы. Здесь они были обстреляны десятью штурмовыми орудиями. Этим орудиям противостоял ПО, во главе с командиром 2-го мотострелкового батальона капитаном Вахрушевым, поддержанный огнем минометного батальона. ПО смело атаковал противника, не спешивая с танков десант. Были подбиты два штурмовых орудия. Гитлеровцы не выдержали и начали отходить. Здесь вновь проявил мастерство командир минбатальона Носков, поражавший фашистов огнем высокой точности.
Но в ходе короткого преследования погиб храбрец — командир батальона капитан Вахрушев. Мы потеряли одного из лучших комбатов, всегда деятельного и безупречно исполнительного.
После отбития этой контратаки на флангах никто не сдерживал бригаду. Она устремилась вперед, двигаясь то в колоннах, то в предбоевом или боевом порядке в зависимости от сопротивления противника.
По донесению разведгруппы мы узнали, что из Симонешть навстречу нашей бригаде выдвигается до двух батальонов пехоты с артиллерией.
— Разгромим эту группировку встречным ударом, — предложили мы с Федоровым.
— Конечно, останавливаться не можем. Ставьте задачи. 1-й и 2-й мотострелковые батальоны — с фронта. Танковый полк с десантом в охват слева — такой маневр лишь в начале был похож на встречный бой. Через несколько минут гитлеровцы начали отходить, а затем бежать. К 15-ти часам Симонешть осталась позади, а мы взяли десятки пленных из полковой группы Драббе 384-й пехотной дивизии.
— Уже не дивизия, а группа, — заметил Троценко. — Не это их еще ждет.
Так бригада перешла к преследованию. По решению командира бригады был образован, вместо ПО, авангард, усиленный танками и противотанковой артиллерией — 1-й мотострелковый батальон, во главе с майором Мозговым (получившим это звание перед самым началом операции).
— Рота автоматчиков — на бронетранспортерах, ей самое время преследовать, двигаясь параллельно авангарду, — доложил я.
— А резерв? — спросил полковник.
— Есть второй эшелон, а в резерве остается рота ПТР.
— Разрешаю. А что у соседей?
— Правый сосед — 195-я стрелковая дивизия взяла Ермоклию, левый — 14-я мехбригада в трех-четырех километрах сзади справа, ведет бой в Марьяновке.
В ходе преследования бригада к 18-ти часам овладела Александренью, нанеся новый удар полковой группе Драббе. Здесь отличились рота автоматчиков во главе с командиром капитаном Василием Спиридоновичем Котовым и саперный взвод под командованием лейтенанта Сентемова, заставшие врасплох и перебившие экипажи нескольких штурмовых орудий.
Село Александрень входило в ближайшую задачу бригады; о ее выполнении полковник Троценко по рации доложил командиру корпуса.
— Похвально! До конца суток жду доклада о выполнении последующей задачи, — оживленно, с подъемом закончил разговор генерал Жданов.
Начальника разведки капитана Бабкина я направил в разведгруппу.
— Теперь ее роль повышается: не только вести разведку, но и быстро сбивать подразделения прикрытия фашистов, что позволит вести бригаду в колоннах, в более высоком темпе.
И уже через полчаса Иван доложил, что РГ из Ново-Анновки выбила противника. То же случилось с прикрытием в Николаени.
