— А зачем вы тогда нужны здесь? — Видимо, это уже был перебор со стороны Георгия.
— Не твоё собачье дело! — отрезала продавщица. — Ты будешь брать свои вонючие пельмени или нет?
— А сырки?
— Да задолбал ты меня уже с этими сырками! Ты можешь нормально сказать, сколько тебе их надо?
— А я откуда знаю. Вы должны взять и подсчитать, сколько получается.
— Как?
— Вы что, арифметику в школе не проходили или мозгов не хватает?
— Мы тебе сейчас полицию вызовем и посмотрим, у кого чего не хватает.
— А я вам кого-нибудь из столичного управления торговли вызову.
После таких обоюдных угроз продавщица сорвалась с места и вскоре вернулась в сопровождении администратора магазина.
— Вот, полюбуйтесь, требует от меня, чтобы я ему на какие-то остальные сырки продала.
— Да, категорически требую! — подтвердил Георгий.
— Так, успокойтесь оба, — сказала администратор и спросила Георгия. — Скажите, а вы деньги, которыми располагаете, показывали продавцу?
— Нет, — честно признался Георгий.
— А как же тогда она могла рассчитать, сколько сырков получается?
— Действительно, — улыбаясь, согласился Георгий. — Извините меня, пожалуйста. Что-то у меня сегодня с головой не того. Я лучше пойду.
— Подождите, — остановила его администратор. — Сколько у вас денег?
— Только пятьсот рублей, одной бумажкой в кармане.
— Ну, наконец-то! — радостно воскликнула продавщица. — Сейчас всё сделаем в лучшем виде.
Ушёл Георгий из магазина с пельменями, с сырками и с готовым для себя решением — кончать надо с Рубиконом.
Брониславу Станиславовичу, молодому доценту кафедры государственного и муниципального управления, внезапно поручили в индивидуальном порядке принять экзамены у одного полковника. Небольшая группа, в составе которой числился этот самый военный, состояла сплошь из работников различных министерств, в том числе почему-то министерства обороны, причём в ранге не ниже руководителей департаментов. Почти все они давно всё сдали, а этот слушатель по засекреченным причинам экзамен не сдавал, и ему предоставили дополнительную возможность.
Доцентом весьма престижной и сугубо гражданской столичной академии Бронислав Станиславович стал всего неделю назад, и раньше принимать экзамены ему не доверяли, разве что зачёты. Он очень разволновался ещё и потому, что экзамен должен был состояться уже на следующий день. Поздно вечером перед сном Бронислав Станиславович разложил на прикроватном столике экзаменационные билеты, улёгся поудобнее, надел очки и стал просматривать вопросы, а вдруг на какой-то из них он и сам толком ответить не смог бы.
Один билет проштудировал, другой… и вдруг дверь в спальную комнату открывается и перед Брониславом Станиславовичем вырастает мужская фигура в кожаной куртке, с папахой на голове, с шашкой на левом боку и с маузером на правом.
— Вы кто, Чапаев? — робко спросил Брониславов Станиславович.
— Нет, я из другой дивизии, — ответил незнакомец и бесцеремонно уселся на край постели. — Некогда Василию Ивановичу по академиям разъезжать, он своих белых добивает.
— А вы своих добили уже?
— Всех под корень вырезал, отдыхаю пока, заслужил. Вот он и попросил меня, боевого соратника, вместо себя экзамен тебе сдать. Так что, давай спрашивай.
— А как к вам обращаться, голубчик? — приподнимая голову над подушкой, спросил Бронислав Станиславович.
— Какой я тебе голубчик! — насупив брови, возмутился посланник Чапаева.
— Тогда, может быть, господин красный командир? — осторожно предложил Бронислав Станиславович.
— Да я тебя сейчас пополам разрублю за господина!
— Извините, ради Бога, я это нечаянно оговорился.
— А за Бога ещё и расстреляю!
— Я больше не буду, правда, — не соображая, чего не будет, но всё равно пообещал Бронислав Станиславович. — Берите билетик, пожалуйста.
— Ну, взял.
— Читайте.
— Сам читай.
— Кадровая политика в системе государственного управления, — послушно зачитал первый вопрос Бронислав Станиславович.
— И что?
— Отвечайте.
— Я, что ли?
— Вы, конечно, не я же.
— А что говорить?
— Ну, расскажите, например, как вы подбираете и расставляете кадры у себя в дивизии, какими принципами и критериями руководствуетесь при этом?
— Чего, какие ещё принципы с критериями! Ты мне голову не морочь. Говори так, чтобы я понял, буржуй недорезанный.
— Ну, какой же я буржуй, — попытался возразить Бронислав Станиславович.
— А кто же ты! Ишь, морду какую наел. На чистенькой простынке лежит, одеяльце в цветочек, лампочка светит.
— Хорошо, товарищ. Давайте сначала. Как вы подбираете и расставляете своих подчинённых?
— Да проще простого. Подбираю, кто не подчиняется, и расставляю к стенке.
— Потрясающе. И второй вопрос, товарищ. Учёт национального состава населения при формировании органов местного самоуправления.
— Опять начинаешь!
— Хорошо. Давайте яснее. Кого, кроме русских, вы берёте в отряд красноармейцев?
— Тебя бы не взял.
— Это почему же, разрешите полюбопытствовать?
— Так ты же непонятно кто. Отравишь лошадь и смоешься.
— Куда?
— А леший тебя разберёт. К предкам, наверно.
— Неужели в Польшу?
— Так ты шляхтич, что ли? А я думал еврей.