Выпускник Главного инженерного училища, генерал-адъютант, герой русско-турецкой войны 1877–1878 гг. В училище он учился на класс старше Достоевского. Д. В. Григорович вспоминал: «Коснувшись дикого обычая истязать рябцов, не могу пропустить случая, до сих пор живо оставшегося в моей памяти. Один из кондукторов старших двух классов вступился неожиданно за избитого, бросился на обидчика и отбросил его с такою силой, что тот покатился на паркет. На заступника наскочило несколько человек, но он объявил, что первый, кто к нему подойдёт, поплатится рёбрами. Угроза могла быть действительна, так как он владел замечательной физическою силой. Собралась толпа. Он объявил, что с этой минуты никто больше не тронет новичка, что он считает подлым, низким обычай нападать на беззащитного, что тот, кому придёт такая охота, будет с ним иметь дело. Немало нужно было для этого храбрости. Храбрец этот был Радецкий, тот самый Фёдор Фёдорович Радецкий, который впоследствии был героем Шипки…» [Д. в восп., т. 1, с. 196]
Достоевский, который в «Дневнике писателя» немало страниц посвятил русско-турецкой войне, героизму наших войск, написал 16 апреля 1878 г. Радецкому письмо, называя его в первых строках «дорогим всем русским генералом» и «незабвенным старым товарищем», а затем пылко продолжал: «Может быть, Вы меня и не помните, как старого товарища в Главном инженерном училище. Вы были во 2-м кондукторском классе, когда я поступил, по экзамену, в третий; но я припоминаю Вас портупей-юнкером, как будто и не было тридцати пяти лет промежутка. Когда, в прошлом году, начались Ваши подвиги, наконец-то объявившие Ваше имя всей России, мы здесь, прежние Ваши товарищи (иные, как я, давно уже оставившие военную службу), — следили за Вашими делами, как за чем-то нам родным, как будто до нас, не как русских только, но и лично, касавшимся. <…> Здесь мы трепещем от страха, чем и как закончится война, — трепещем перед “европеизмом” нашим. Одна надежда на государя да вот на таких, как Вы. <…> Теперь у нас светлый праздник: Христос воскресе! И да воскреснет к жизни труждающееся и обременённое великое Славянское племя усилиями таких, как Вы, исполнителей всеобщего и великого русского дела.
А вместе с тем да вступит и наш русский “европеизм” на новую, светлую и православную Христову дорогу. И бесспорно, что самая лучшая часть России теперь с Вами, там, за Балканами. Воротясь домой со славою, она принесёт с Востока и новый свет. Так многие здесь теперь верят и ожидают…»
Радецкий ответил писателю 4 мая 1878 г. и, в частности, с военной прямотой констатировал: «…отрадно думать, что из многих наших товарищей, расползшихся по белу свету, немало вышло людей полезных на всех возможных поприщах, и мы с Вами можем сказать друг другу откровенно, что принадлежим к их числу» [ПСС, т. 301, с. 270–271].
19 октября 1878 г. в ресторане Бореля в Петербурге на торжественном обеде, устроенном выпускниками Инженерного училища и Николаевской академии в честь Радецкого, Достоевский сказал прочувствованную речь-тост в честь героя, олицетворявшего собой «русского солдата».
<p>Разин Александр Егорович</p>(1823–1875)
Журналист, детский писатель, автор руководства по русскому языку для приготовительного класса военно-учебных заведений «Мир Божий» (1857). В 1860 г. Разин стал участником литературного кружка братьев Достоевских, активно сотрудничал в журналах «Время» (вёл «Политическое обозрение») и «Эпоха». Достоевский в письме к М. М. Достоевскому от 19 ноября 1863 г. охарактеризовал Разина как человека «с толком и, главное, с некоторым чутьём». Чуть позже у редакции журнала случилось с Разиным недоразумение, о чём Достоевский вспоминал в апрельском выпуске ДП за 1876 г. (главка «За умершего»): «Один из постоянных сотрудников выпросил у брата шестьсот рублей вперёд, и на другое же утро уехал служить в Западный край, куда тогда набирали чиновников, и там и остался, и ни статей, ни денег брат от него не получил. Но замечательнее всего, что и шагу не сделал, чтоб вытребовать деньги обратно, несмотря на то, что имел в руках документ, и уже долго спустя, по смерти его, его семейство вытребовало с этого сотрудника (человека, имевшего средства) деньги судом…»
<p>Рассохин Сергей Фёдорович</p>(1850–1929)
Московский книгопродавец, драматург, издатель. Через его магазин распространялся «Дневник писателя», имя Рассохина упоминается в объявлении о подписке на ДП 1877 г., в письмах Достоевского к жене.
<p>Ратынский Николай Антонович</p>(1821–1887)
