3 мая экипажи отдыхали в Дели, а вечером вылетели на Ту-114 в Москву, где их уже ждали руководители остальных стран-участниц подготовки полёта. Туда же отправился и Неру. Попутно был проведён мини-саммит, на котором были намечены основные направления дальнейшего сотрудничества в области освоения космоса и других наукоёмких отраслях.
Встреча космонавтов вышла невероятно торжественной. В отработанный после полётов Гагарина и Титова сценарий пришлось внести множество изменений, так как на мероприятии присутствовало в 6 раз больше официальных лиц, и членов семей. К многочисленным советским зрителям добавилось ещё и множество иностранных туристов, из числа оказавшихся в тот день в Москве и, после сообщения Левитана по радио, рванувших во Внуково, чтобы хоть одним глазком посмотреть на космонавтов. Охрана из 9-го управления КГБ стояла на ушах, пришлось даже прибегнуть к помощи внутренних войск, чтобы обеспечить порядок. Больше всего опасались даже не теракта, а массовой гибели людей из-за случайно возникшей давки.
Рапортовать о полёте командирам экипажей Андрияну Николаеву и Вольфгангу Бюттнеру пришлось сразу шестерым главам государств. Приветственные речи по такому случаю были короткими. Выступавшие поздравляли космонавтов с успешным завершением полёта и выполнением полётной программы, говорили о большом значении космического сотрудничества в общем спектре взаимодействия стран ВЭС, выражали пожелания дальнейшего продолжения полётов по программе «Интеркосмос». Однако по довольным лицам и поведению лидеров было понятно, что первый полёт международных экипажей они оценивают как блистательный успех.
Королёв, Келдыш, Рябиков, как руководители Главкосмоса, не успевали получать поздравления и отвечать на рукопожатия. Это был подлинный триумф советской науки.
Длинная кавалькада лимузинов помчалась из Внуково по Ленинскому проспекту на Красную площадь. На этот раз в двух передних машинах ехали космонавты, а главы государств, рассевшись в лимузины по трое, двигались следом. Когда садились в машины, де Голль в шутку предложил:
– Давайте сядем по экипажам. Господин Хрущёв, господин Тито и я – в одну машину, господа Ульбрихт, Неру и Гао Ган – в другую
– Да, хоть на полчаса космонавтами себя почувствуем, – улыбнулся Тито. – Если программа «Интеркосмос» пойдёт такими темпами, скоро придётся в автобусах ездить.
– Эх, не сообразили вовремя, надо было купить шесть круглых аквариумов, можно было бы вместо шлемов на головы надеть, – пошутил Хрущёв.
В таком отличном настроении доехали до Красной площади и поднялись на трибуну Мавзолея. Площадь была плотно заполнена народом. Люди держали транспаранты, портреты космонавтов, красные флаги СССР и Китая соседствовали с чёрно-красно-жёлтыми флагами ГДР, сине-бело-красными флагами Франции и Югославии, и оранжево-бело-зелёными индийскими – на площади было полно туристов.
– Я уже стоял на этой трибуне, но никогда не думал, что буду приветствовать французского космонавта в центре Москвы, – признался де Голль.
– Так и скажите об этом всем, – Никита Сергеевич улыбнулся, приглашающе указывая на микрофон.
– А что, и скажу! – задорно ответил президент.
Сначала слово предоставили командирам экипажей. Первым выступил Андриян Николаев:
– Товарищи! Я не буду произносить официальных речей, я хочу поделиться с вами своими впечатлениями. Это был великолепный полёт! Мы провели в космосе трое суток. Техника работала на «отлично», не было никаких сбоев. Впервые мы поднялись на орбиту не поодиночке, а в составе экипажей, и очень рад, что дорогу в космос мы, советские люди, прокладываем не в одиночестве, а вместе с друзьями и коллегами из дружественных стран.
За эти три дня мы выполнили полностью всю намеченную программу полёта. Полученные научные и практические результаты продвинули наше совместное освоение космоса на несколько лет вперёд. Мы доказали, что наши космические корабли могут свободно маневрировать на орбите. Они легки в управлении и полностью предсказуемы. Будь у нас в тот момент установлены стыковочные агрегаты, мы смогли бы состыковаться – на тренажёрах у нас уже хорошо получается.
Предложенный нашими руководителями путь совместного освоения космоса – залог нашего общего успеха. Спасибо партии Ленина, нашим замечательным учёным, инженерам и рабочим за отличные корабли, на которых мы летаем. Спасибо всему советскому народу, народам стран ВЭС и всех дружественных стран! Там, наверху, мы ежеминутно ощущали вашу поддержку.
Вольфганг Бюттнер, неплохо освоивший русский язык за время подготовки, тоже говорил по-русски:
