Однако, вместо сотрудника полиции в сырое помещение входит мужчина в костюме – он совсем не похож на остальных. Спокоен, как будто доброжелателен. От него исходит какая-то особенная уверенность.
– Денис Андреевич Куртов, – начинает он, бросая на стол несколько папок, верхняя из которых с моим личным делом. – Какие у вас планы на жизнь? Планируете закончить её в тюрьме? – буднично спрашивает он, открывая верхнюю папку.
– Не хотелось бы, – устало отвечаю. Видимо, решили сменить плохого полицейского на хорошего.
– И мне бы не хотелось этого, правда, – он откладывает открытую папку, сцепляет руки в замок и устремляет на меня острый взгляд. – Я могу помочь вам.
– Вы теряете время, – начинаю я, закатывая глаза. – Я ничего не знаю, правда. Вы нашли у меня траву – факт, но откуда она у меня, понятия не имею. – Развожу руками, мастерски отыгрывая дурачка.
– Мне не нужно ваше признание.
Снова какой-то психологический ход.
– На самом деле то, что вы даже не выдали Богдана, заставило меня появиться здесь.
– Какого Богдана? – не заглатываю я наживку.
– Браво, Куртов, браво, – тихо смеётся мужик, вставая с места. – Денис, ты же пришёл к Костенко, чтобы наскрести денег и свалить от отца-тирана, верно?
– Я не понимаю, о ком вы говорите. – держусь своей линии и понимаю, что мужик даже не представился – Эм… А, кто вы вообще такой?
– Можешь звать меня Ким, – он откашливается и продолжает. – Так вот, я могу решить все твои проблемы.
– У меня нет никаких проблем, – выплёвываю я, демонстрируя полную неуязвимость.
– Я посажу твоего отца за решётку уже завтра, и ты его никогда больше не увидишь.
Нам со Стасом миллион раз обещали посадить его, но почему-то у нашей судебной системы каждый раз не хватало улик.
– Помогу с поступлением в университет и карьерой. Никакой больше торговли на улицах – спокойная обеспеченная жизнь для тебя, твоего брата и матери.
– Я не верю в сказки, офицер. Вы теряете время.
– Уверен, что нет, – он садится напротив меня, и я чувствую, как воздух в комнате сгущается. – Ты хорошо обучен, не повёлся ни на одну провокацию следователя и вычислил все мои уловки. – Ким опирается на локти и наклоняется ко мне так близко, что я различаю запах его одеколона, смешанный с табаком. – Нам нужны такие люди. Нам нужен ты, Денис Куртов!
– Кому – вам? – с усмешкой хулигана переспрашиваю я, хотя в груди уже начинает скрести неприятное предчувствие.
– ФСБ, – коротко бросает он и отстраняется, ожидая моей реакции.
Он что, вербует меня?
– Вы сейчас серьёзно? – смеюсь ему в лицо, но смех получается натянутым.
– Абсолютно. Мы ищем человека, которого внедрим в синдикат сербской мафии. Это долгоиграющая операция, поэтому нам нужен кто-то, кому легенду мы не просто придумаем, а воспроизведём в реальности. Настоящая карьера, навыки и мотивация. Нам нужен тот, кто сумеет приблизиться к дону настолько близко, чтобы в решающий момент у него не было возможности уйти от правосудия.
– Я вам не подхожу, серьёзно. Я просто пацан, которого подставили.
– Хватит! – он резко ударяет по столу, и звук эхом отдаётся в моих висках. Снова нависает надо мной, и я чувствую его дыхание на лице. – Со мной твоя комедия не пройдёт, парень. Я вижу тебя насквозь!
– Ну раз видите, то стоит быть предусмотрительнее и не выкладывать секретную операцию случайному заключённому.
В ответ Ким только усмехается, достаёт сигарету зубами и закуривает. Дым медленно поднимается к потолку, затуманивая мой разум ещё сильнее.
– Я рассказал тебе, потому что знаю – ты согласишься.
– Самоуверенно, – хмыкаю я, ёрзая на стуле. Металл холодит спину даже через рубашку.
Ким подходит к столу, достаёт нижнюю папку, распахивает её и поворачивает ко мне. Я вижу лицо какого-то мужика и его персональные данные.
Стефан Арула, владелец международного холдинга "Арула Компани". Судя по досье – магнат алкогольной и логистической индустрии Балканского полуострова, но между строк читается совсем другое. Этот человек – теневой глава сербской мафии.
– Этот ублюдок зашёл слишком далеко! – Ким тычет пальцем в морду мужика на фото, и в его голосе слышится нескрываемая злость. – Ты пойми, мне плевать, на кого ты работаешь. Я не гоняюсь за Костенко, как эти голодные псы из отдела по борьбе с наркотиками, пока он играет по правилам мне он не интересен. Но этот человек очень опасен. Если мы впустим его в свою страну, нам придётся столкнуться с проблемами посерьёзнее, чем продажа травки подросткам!
Я сглатываю. О чём он говорит? О каких-то тяжёлых смертельных наркотиках? В животе всё сжимается в тугой комок.
– Если ты не хочешь, чтобы через пару лет все, кого ты знаешь, погибли от биологического оружия, ты согласишься на моё предложение. Тем более выбора у тебя нет – только что оперативная группа накрыла точку по изготовлению кокаина. Там нашли твои отпечатки. Ты сядешь, и надолго.
Я молчу. Это может быть блеф чистой воды – эти уловки я тоже изучил и легко раскусываю. Но кое-что меня всё же настораживает. По языку тела понимаю: насчёт биологического оружия он не врёт. Угроза реальна, и от этого осознания по спине пробегает леденящий ужас.
