Я задумалась о том, как он раскрыл мою ложь в первый же день. Это было поразительно. Чем больше я о нем узнавала, тем больше хотелось увидеть его в действии.
Нашу беседу прервал звонок телефона. Август достал из кармана небольшой черный аппарат, на который я сразу обратила внимание — он выглядел так, будто ему уже лет сто.
— Прошу прощения, — коротко бросил он, поднимаясь из кресла и уходя наверх.
Комната погрузилась в неловкую тишину, которую разрядил Пабло:
— Не обращай внимания на его манеры. Он всегда такой.
Через несколько минут Август вернулся, но что-то в его лице изменилось. Теперь от него веяло напряжением.
— Что-то случилось? — Пабло сразу заметил это и выпрямился, как будто готовясь к действиям.
— Да. Нам нужно ехать, — коротко ответил Август, надевая пальто.
Они стали собираться, и я последовала за ними к двери.
— Можем поехать на моей машине, — предложила я, уже доставая ключи из сумки.
— Нет. Ты едешь домой, — резко оборвал меня Август, схватив за плечо и подтолкнув в сторону моей машины.
— Что? Но я же могу помочь! — возмутилась я, глядя на него в упор.
— Мы договорились, что ты помогаешь только в поисках сестры. Это к ней не относится, — отрезал он.
— И что? Мне же нужен опыт! Я ведь ничего не знаю!
Пабло остановился у нас за спиной и, слегка наклонив голову, посмотрел на Августа.
— А что? Пусть посмотрит. — Его голос был тихим, но в нем звучал намек на хитрость. — Один раз съездит, потом не захочет.
Август выдохнул, бросив на Пабло недовольный взгляд.
— Хорошо. Но только один раз.
Мы все вместе сели в мою машину, и я ввела адрес в навигатор.
Август резко дернулся, как будто услышал что-то оскорбительное, и нахмурился.
— Выключите это, — резко потребовал он, глядя на приборную панель, словно та была виновата в его раздражении.
Пабло громко рассмеялся, а я не удержалась и присоединилась.
— Не привык к современным вещам, да? — спросила я, пытаясь подавить смех.
Август ничего не ответил, только демонстративно отвернулся к окну, но я заметила, как его губы дрогнули в еле заметной усмешке.
Мы оставили за спиной тёмный лес, погруженный в зимний сумрак. Сосны возвышались, словно стражи, укрытые снегом. Дорога перед нами вскоре привела к заснеженной пойме. На ее белом фоне резко выделялась ярко-жёлтая сигнальная лента, словно кричащий знак опасности, не сочетающийся с тихим безмолвием полей.
Машина остановилась у границы огороженной территории. Примерно в центре выделенного квадрата, не больше пяти метров с каждой стороны, лежал чёрный пластиковый пакет. Сердце сжалось: было очевидно, что там находится тело. Сцена, достойная криминального триллера, внезапно оказалась реальностью, и это пугало.
Мы вышли из машины. Мороз обжигал щеки, а под ногами хрустел снег. Август уверенно направился к ограждению, даже не замедляя шага. Пабло, захватив свою старую медицинскую сумку, пошёл за ним. Я замешкалась, закрывая дверь, но поспешила следом. Они оба показали свои документы констеблю — высокий мужчина в форме стоял с серьезным видом, но не стал задавать вопросов. Август лишь коротко махнул рукой в мою сторону, показывая, что я с ними.
Воздух казался тяжелым, будто насыщенным чужим страхом. Подойдя ближе, я почувствовала, как меня затягивает этот жуткий момент. Чёрный пакет лежал неподвижно, но невозможно было отвести взгляд. Мне хотелось одновременно отвернуться и продолжать смотреть. Когда Пабло наклонился к пакету, застегнутому молнией, я почувствовала, как горло пересохло, а ноги стали ватными.
Он расстегнул молнию. Мгновение, и перед нами предстало тело молодой женщины. Синяки и глубокие порезы покрывали её бледную кожу. Одежда выглядела странно — вся в пыли, будто её только что достали из грязного подвала. Снег вокруг тела был безупречно белым. Она явно не могла быть здесь долго.
Я выдохнула, едва осознав, что это не моя сестра. Волнение уступило место облегчению, но ненадолго. Мозг тут же начал анализировать увиденное.
— Кажется, я знаю, кто это, — пробормотал Август, его голос был низким, почти отстраненным. Он взял телефон у одного из констеблей, быстро набрал номер, коротко поговорил и вернулся к телу.
Я, не отрывая глаз, спросила первое, что пришло на ум:
— Почему она без верхней одежды?
Август, присев на корточки, взглянул на меня с холодным любопытством, словно испытывая.
— Хороший вопрос. А что еще странного ты видишь?
Я обвела взглядом тело, пытаясь собраться с мыслями.
— Пыль?
— Верно. — Он кивнул. — На что это может указывать?
— Её держали где-то в пыльном помещении, — ответила я, хотя голос предательски дрогнул.
— Не только, — продолжил Август, распрямляясь. — Её убили не здесь. Смотри на снег. Нет следов, кроме одной пары обуви. Её сюда привезли после смерти. Этот убийца — любитель. Даже ты заметила его ошибки.
Я ощутила прилив раздражения, но подавила его. Не время спорить.