- У тебя будет один единственный шанс, чтобы покинуть эту камеру, - произнёс Уилл, рассматривая длинные грязные сальные волосы и яростный взгляд голубых глаз. – Если, как только откроется дверь, покинешь тюрьму без глупостей, то увидишь, что врата приоткрыты. Закрываются они ровно через три минуты…
- Я плата? – тихо рассмеялась девушка. – Плата за услуги моего отца?.. Я всё вижу, не удивляйся. Не бойся, человек, отец, хоть и жаждет вашей крови, примет твоё предложение…
- Это не твоё дело, - грубо перебил Уилл. – Ты уходишь или нет?
- Я уйду, - довольно произнесла девушка, хитро прищурившись. – Но знай, человек… Ты скоро в любом случае умрёшь. От тебя пахнет смертью.
Уилл промолчал в ответ на подобное заявление, так как это уже не было для него откровением. Как только Эбигейл отступила от решётки, он извлёк ключи и открыл камеру. Сделав это, Грэм моментально отошёл, и девушка выбежала, столь стремительно, что только в воздухе мелькнуло что-то белое, да раздались хлопки босых ног по полу.
Джек сообщил, что его люди видели, как Эбигейл умчалась в лес. На нижние уровни Кроуфорд идти отказался, и Грэм, вооружившись факелом, ступил на лестницу, ведущую к камерам, в одной из которых все эти годы был заперт Ганнибал. Человек осторожно ступал по скользким от влаги ступеням, сопровождаемый лишь стуком капель, да писком крыс. Темнота была липкой и густой, она обволакивала всё вокруг, но Уилл шёл по длинному коридору к самой дальней камере, где заточённый Ганнибал понял, что испытывала когда-то запертая им Мириам Ласс.
- Я иду… - прошептал Уилл в темноту, ощущая себя так, словно садится в лодку к Харону. – Я иду, Ганнибал.
Комментарий к Часть 17. Наше предательство
Доброго времени и приятного прочтения)
Надеюсь, что по этой главе и истории вопросов нет. Если есть - задавайте их)
Название главы внезапно было изменено после просмотра заключительных серий второго сезона “Улиц Потрошителя”. Рекомендую, отличный сериал, и это название в его честь и славу Х)
Между прочим, у нас осталась одна глава и одно заключение. Мы на финишной.
========== Часть 18. Расплата и месть ==========
Беделия неспешно прошла в красиво обставленный широкий зал своего дома, наслаждаясь стуком тонких каблуков. Всё прошло как по сценарию: сначала она успешно похитила толику крови Ганнибала, обратила сама себя, а затем убедила последовавших за ней в том, что она богиня. Как женщина и ожидала, Ганнибал не стал оспаривать происходящее, так как он власти не искал никогда, а вот она её искала. И в конечном итоге нашла.
Беделия неспешно подошла к окну, плотнее задвигая шторы. Ей не нравился вид падающего с неба снега, она вообще не любила белоснежное безумие холода. К сожалению, зимы становились явлением всё более частым, чем иные сезоны. Всё менялось. Беделия задумалась, сколько лет она возглавляла вендиго и направляла их, чтобы потом возглавить и людей? Сейчас под её руководством существовало уже три города, каждый из которых принял устои и правила своей королевы. Сначала она втиралась в доверие, давала защиту, устанавливала мир между вендиго и людьми, а потом просто оставляла города в окружении своих доверенных, голодных и опасных вендиго. И люди, трусливые и запуганные, согласны были стать её армией, лишь бы выжить. Судьба этого города через пять-десять лет обещала быть такой же, смотря, что собиралась делать её сообщник, самоназванная сенатор.
Беделия, довольно улыбаясь и мурлыкая себе под нос, прошла к дивану и легла, вытянув ноги. Джек безропотно верил в то, что если он не подчинится, то будет лишь хуже. Отчасти она ему в этом не врала. Кто бы на его месте рискнул это проверить? Под его защитой находились дети, женщины, целые семьи! А она, такая хорошая, вернула ему и Мириам Ласс, и Уилла Грэма, и устроила прилюдную казнь Ганнибала. Даже если Джеку что-то и не нравилось, он молчал, боясь за жизни близких.
А по Ганнибалу Беделия даже иногда скучала. Как он кричал! Его крики были слышны на весь посёлок, когда огонь безжалостно охватил его тело. Жаль лишь, что на саму казнь она припозднилась, а всё нерасторопность Джека.
Она прикрыла глаза и тихо рассмеялась. Вкус победы. Его ни с чем нельзя было сравнить. И лишь когда за спиной раздались тихие шаги, она неспешно, всё с той же блаженной улыбкой, приподнялась, оборачиваясь и смотря, кто нарушил её покой.
- Кто же посмел… – начала она задавать вопрос и замерла.
В одно мгновение её красивое лицо исказил настоящий ужас. Беделия побледнела и отпрянула назад, но призрак, что пришёл по её душу, был отнюдь не призраком. Он обладал телом, запахом и силой; прошли годы, но его ярость, казалось, лишь окрепла, а не рассыпалась под гнётом боли и мук.
Ганнибал, грязный и сильно похудевший, стоял посреди зала, и руки его были по локоть в крови. Он уверенно сжимал тонкий нож, и губы его дрожали, пытаясь изогнуться в улыбке. Взгляд был безумным, диким и хищным, и от подобного зрелища волосы на голове Беделии едва ли не вставали дыбом.
