Плыли в небе сверкающие облака — будто взвесь стальных опилок в глицерине. Вместо Солнца где-то высоко-высоко расплылось багровое огненное облако — единственное цветное пятно в сером мареве. А вокруг до самого горизонта тянулись искореженные низкие деревья, из которых ведьма и построила свой дом. Впрочем — деревья ли это были? Никаких листьев, только причудливо переплетенные сучья…
— Антон, она ушла глубже. Антон, она вне категорий, — сказал за спиной Эдгар. Я повернулся и посмотрел на мага. Кожа — темно-серая, лысый вытянутый череп, глаза запали… Впрочем, глаза человеческие. — Как выгляжу? — Эдгар оскалился в улыбке. Зря, зубы у него были конические, острые, будто у акулы.
— Не очень, — признался я. — Наверное, и я не лучше?
— Это только видимость, — небрежно ответил Эдгар. — Ты держишься?
Я держался. Второе погружение в глубины сумрака далось легче.
— Надо идти на четвертый слой! — сказал Эдгар. В глазах, пусть и человеческих, горел огонь фанатизма.
— Ты вне категорий? — ответил я вопросом. — Эдгар, мне и вернуться-то сложно!
— Мы можем объединить силы, дозорный!
— Как? — Я даже растерялся. И у Темных, и у Светлых есть понятие Круга Силы. Но вещь это опасная, и требуется для нее не менее трех-четырех Иных… к тому же — как объединить Светлую и Темную Силу?
— Это моя проблема! — Эдгар энергично замотал головой. — Антон, она уйдет! Уйдет по четвертому уровню! Доверься мне!
— Темному?
— Инквизитору! — рявкнул маг. — Я Инквизитор, понимаешь? Антон, доверься, я прика… — Эдгар замолчал и уже другим тоном добавил: — Прошу тебя!
Не знаю, что на меня подействовало. Азарт охоты? Желание поймать-таки ведьму, которая погубила тысячи людей? Просьба Инквизитора?
А может быть, просто желание увидеть четвертый слой? Самые тайные глубины сумрака, куда и Гесер-то нечасто заглядывает, где никогда не бывала Светлана?
— Что надо делать? — спросил я.
Лицо Эдгара озарила улыбка. Он протянул руку — пальцы заканчивались тупыми крючковатыми когтями, — сказал:
— Именем Договора, равновесием, которое храню… призываю Свет и Тьму… прошу Силу… от имени Тьмы!
Под его настойчивым взглядом я тоже протянул руку — и сказал:
— От имени Света…
Это отчасти походило на заключение клятвы между Темным и Светлым. Но только отчасти. В моей руке не вспыхнул лепесток пламени, на ладони Эдгара не появился сгусток тьмы. Все произошло извне — серый, расплывчатый мир вокруг нас вдруг обрел четкость. Нет, красок не появилось, мы по-прежнему были в сумраке. Появились тени. Будто на экране телевизора, где до отказа убрали цветность, внезапно подбавили яркости и контрастности.
— Наше право признано… — прошептал Эдгар, озираясь. Лицо его было по-настоящему счастливым. — Наше право признали, Антон!
— А если бы не признали? — насторожился я.
Эдгар поморщился. Сказал:
— Всяко бывало… Но ведь признали? Идем!
В этом новом, «контрастном» сумраке двигаться было куда проще. Я поднял свою тень легко, будто в обычном мире.
И оказался там, где дозволено находиться лишь магам вне категорий.
Деревья — если это и впрямь деревья — исчезли. Весь мир вокруг стал ровным, плоским, будто средневековый блин Земли, лежавший на трех китах. Никакого рельефа — бескрайняя песчаная равнина… Я нагнулся, пропустил меж пальцев горсть песка. Он был серым, как и положено всему в сумраке. Но в этой серости угадывались зарождающиеся краски — дымный перламутр, цветные искорки, золотистые крупинки…
— Ушла… — сказал Эдгар над самым ухом. Вытянул руку — ставшую неожиданно длинной и тонкой.
Я посмотрел в том направлении. И увидел — вдалеке, только на равнине так далеко и видишь, — стремительный серый силуэт. Ведьма неслась огромными прыжками, взмывая в воздух, пролетая над землей метров десять, раскидывая руки и смешно перебирая ногами, — будто счастливый ребенок, бегущий вприпрыжку по весеннему лугу…
— Выпила свое зелье? — догадался я. Никаких иных предпосылок к подобным прыжкам я не находил.
— Да. Не зря варила, — сказал Эдгар. Размахнулся — и что-то метнул вслед Арине.
Череда мелких огненных шариков понеслась за ведьмой. Групповой файербол, обычное боевое заклинание Дозоров, но в какой-то особой, инквизиторской версии.
Несколько зарядов лопнуло, не долетев до ведьмы. Один резко ускорился и все-таки ее догнал, клюнул в спину, взорвался, окутывая ведьму огнем. Но пламя мгновенно опало, а ведьма, не оборачиваясь, что-то бросила за спину — и там разлилась лужа сверкающей ртутной жидкости. Пролетая над лужей, оставшиеся заряды теряли скорость, высоту, ныряли в жидкость — и исчезали.
— Ведьмовские фокусы… — с отвращением произнес Эдгар. — Антон!
— А? Чего? — не отрывая взгляда от исчезающей вдали Арины, спросил я.
— Пора уходить. Сила была дарована только для поимки ведьмы, а охота кончилась. Нам ее не догнать.
Я посмотрел вверх. Багрового облака, что светило на предыдущем слое сумрака, не было. Все небо равномерно сияло розовато-белым.
Как странно. Тут появляются краски…
— Эдгар, есть и другие уровни? — спросил я.
— Они всегда есть. — Эдгар явно начал волноваться. — Идем, Антон! Идем, мы застрянем!
