Зеврана интриги вышестоящих абсолютно не волновали. Ему даже было всё равно, когда Эоман присвоил себе его заслугу за потрясающее убийство Кондесы Люпаны. Раньше он бы возмутился этому и постарался бы пустить слухи о том, чья это истинная работа, но не теперь. Теперь перед его глазами стояла лишь Ринна.
За годы их сотрудничества они продолжали бросать друг другу вызов. Им нравилось соперничать и им нравилось любить. Даже убийства отошли на второй план и Зевран ожидал нового контракта лишь затем, чтобы снова поработать в команде с Ринной, а потом после выполнения задания уединиться с ней в комнате какой-нибудь таверны. Он был нетерпим, он был счастлив… и был напуган.
Её глаза смотрели чисто: без обмана, без интриг, без шелухи. Казалось, они могли дотянуться до самой сути и вытащить наружу то, что Зевран давно в себе похоронил. Он боялся этих глаз. Он словно видел в них возмездие, справедливость, карающий меч, что однажды проткнёт его сердце. Она уже его проткнула. Зевран влюбился в эти глаза. Зевран влюбился в Ринну. Это было… ужасно.
— Зевран, я люблю тебя! Я не предавала вас. Я клянусь!
Она, стоящая на коленях. Её заплаканное лицо. Её молящий голос. Её глаза…
— Даже пусть и так. Мне-то что?
Его жестокая усмешка. Его холодный взгляд. Его руки, отказавшие в последнем прикосновении.
— Зев…
Её кровь на его руках. Её последний вздох. Её глаза в слезах, до последнего мига смотрящие на него.
В тот день 9:28 века Дракона они с Тальесеном вернулись с задания вдвоём. В тот день Зевран не чувствовал ни удовлетворения, ни власти. В тот день он впервые не стал смотреть в глаза умирающей. В тот день он «умер» вместе с ней.
*
— Ты не умер, — заметил спокойный голос.
Зевран приподнял веки и увидел серое посветлевшее небо. Было раннее утро. Зевран пережил ночь и очень удивился этому. Он повернул голову и увидел сидящего рядом с ним эльфа. Одной рукой он удерживал на своих плечах тяжёлую медвежью шкуру, а свободной водил над Зевраном. Его ладонь светилась, а раны Аранная переставали болеть. Однако больше того, что его в глухом лесу отыскал и вылечил целитель, Зеврана удивили причудливые татуировки у того на лице.
— Ты долиец? — Зевран широко раскрыл глаза.
— Нет, — мягко рассмеялся эльф. — Я родился в городе и даже учился какое-то время в Круге магов.
— А твои татуировки?
— Я прожил с долийцами некоторое время, но сейчас снова путешествую один.
— А-а, какая жалость. А ведь я ищу долийцев, — вздохнул Зевран и прикрыл глаза запястьем. Светлеющее после темноты небо начинало давить на зрение.
— Ты хочешь к ним присоединиться?
— Вот ещё! — настала очередь Зеврана рассмеяться.
— Тогда зачем они тебе?
— Меня об этом попросили… я обещал.
Эльф с сомнением посмотрел на Зеврана и вздохнул.
— Тут я вряд ли смогу тебе помочь. Я знаю, что они останавливаются среди древних развалин, в чаще в западной части леса, к северу от Бресилианского прохода и немного западнее реки. Для себя оставляют метки у корней деревьев, чтобы всегда находить дорогу. Но сейчас ты их там не найдёшь, они возвращаются только когда потеплеет, чтобы поохотиться. Это всё, что мне известно.
— А оборотни?
— Да, я их видел. Мне удаётся прятаться от них, и тебе лучше здесь не задерживаться.
— Пожалуй, — согласился Зевран и привстал. Раны заныли, но были уже не опасны. Похоже, Зевран и впрямь счастливчик, опять он остался в живых. — Спасибо, — весело сказал он, разминая запястья и шею.
В прошлый раз, когда Зеврана спасла Элисса, он даже не поблагодарил её. Вместо этого он сказал ей: «Ты издеваешься?». Но она ответила: «Идём с нами», — и приняла его. Зевран посмотрел на носки антиванских сапог и вдруг почувствовал себя ужасно неблагодарным.
— Пожалуйста, — вежливо отозвался незнакомец и указал вперёд. — Если пройдёшь между теми двумя деревьями, пойдёшь на запад и будешь держаться дубов, то выйдешь на тропу, которая выведет из леса. У тебя есть друзья, которые за тебя беспокоятся?
— Друзья? — вопрос Зеврана озадачил. Он в раздумьях склонил голову набок и после паузы ответил. — Хм, ну одна-то точно стала бы беспокоиться.
— Тогда тебе лучше вернуться к ней. Здесь опасно.
Эльф поднялся, отряхнул снег с накидки-шкуры, перевесил сумку с лекарствами через плечо и побрёл прочь вглубь леса. Зевран проводил его взглядом, пожал плечами и ушёл в указанном направлении.
Уже через пару часов он услышал краем уха знакомые голоса. Лелиана и Стэн были крайне сердиты, что им пришлось всю ночь искать Зеврана. Никто не хотел возвращаться к Стражам и объяснять, как это они потеряли одного соратника, когда Элисса ясно велела быть осторожными и беречь себя и друг друга. Зевран только посмеивался на их возмущения, а потом предложил исследовать западную часть леса Бресилиан.
*
