— Я лишь хотела сказать, — продолжала она тихо, — что ты можешь любить или ненавидеть прошлое, но это оно сделала тебя таким, какой ты сейчас, — она посмотрела ему в глаза, — и я полюбила тебя таким.
Алистер выдохнул и улыбнулся. Он хотел подойти, обнять, но она отстранилась и вместо этого продолжила:
— Я полюбила и тоже захотела будущего… рядом с тобой. Я надеялась, что… если вдруг мы выживем, то… — Элисса резко замолчала, чувствуя, что ещё немного и заплачет, но проглотила и это. — А теперь, когда всё так, я вообще ни в чём не уверена!
Она смотрела в сторону, сжав губы. Долг превыше всего. Отец всегда её этому учил, но, исполняя долг, он был счастлив с её матерью. Зевран прав. Долг — это ещё не вся жизнь. Почему отец этому её не научил?
— Прости. Эамон хочет объявить меня наследником. Если Ферелдену это нужно, я исполню свой долг, но… я теперь не могу обещать тебе того будущего, которого ты хочешь, — опустил голову Алистер.
— Алистер, ты должен был предположить такой исход сразу после смерти Кайлана, а говоришь мне это только сейчас? После всего?
— Прости.
— Ты собирался мне сказать?
— Да, когда-нибудь…
— Следовало раньше.
— Прости.
«Прости», — Алистер больше ничего не мог. Будь проклята эта королевская кровь!
— А ты его хочешь — будущего рядом со мной? — вдруг спросила Элисса.
— Конечно, — не задумываясь, ответил Алистер, удивлённый вопросом.
— Ты любишь меня?
— Дыхание Создателя, конечно, люблю!
— И ты готов бороться за наше будущее, за меня?..
…даже если весь Ферелден будет ждать от тебя иного?
— Что…
— Ответь мне.
— Готов. Быть с тобой — это награда, которая стоит того, чтобы за неё бороться. Я всё ещё уверен в этом.
Элисса внимательно посмотрела ему в глаза и поняла, что в этих словах Алистер не сомневался. Она улыбнулась и убрала прядь волос с его лба.
— Тогда ладно, — прошептала она. — Давай поспим, а то у тебя такой вид, будто ты неделю не ложился.
— Нет, погоди. Я не понял, — он перехватил её запястье, у него был озадаченный вид.
— Чего? — удивилась Элисса.
— Что ты имела в виду? — Алистер вдруг нахмурился. — Если ты попросишь выбирать между тобой и…
— Никогда, — заверила Элисса, удивлённая такой мыслью.
— Тогда что?
Она снова улыбнулась. Я готова попробовать…
— То, что я помогу тебе исполнить твой долг, каким бы он ни был. Ты не будешь один.
Алистер наклонил голову, обдумывая слова. Элисса даже не была уверена, понял ли он, к чему она клонит.
— Так ты, — протянул он, — больше не злишься на меня?
— Конечно, злюсь.
— Э?
— Но меньше.
— Ты простишь меня?
— Не сегодня. Может быть, завтра.
— Давно надо было тебе сказать.
— Надо было.
— Дыхание Создателя, ну и дурак же я был!
— Только был?
— Ха-ха, ты посмотри, а.
Алистер снова смеялся тем мягким и озорным смехом, который Элисса полюбила. Посреди войны и трудностей, когда у неё не было сил улыбаться, его смех и надёжное плечо поддерживали её. Она перестала быть одна, перестала нести всё на своих плечах. Он встал рядом, чтобы помочь. Теперь её черёд.
Элисса прикоснулась к его щеке.
— Иди поспи. Нам недолго отдыхать.
Он взял ладонь Элиссы и поцеловал её.
— Доброй ночи, любовь моя, — прошептал Алистер, а потом развернулся и уверенно пошёл к своей комнате. Давно у него не было на душе такой лёгкости.
— Доброй ночи, — улыбнулась вслед Элисса.
Она зашла за угол и вздрогнула. Там стоял эрл Эамон и неслышно усмехался. Элисса смутилась и почувствовала, как лицо заливает краска. Она отвела взгляд, пожелала эрлу доброй ночи и поспешила уйти, но после его улыбки ей почему-то стало спокойней.
Все последующие дни, пока эрл и отряд Стражей набирались сил, они обсуждали стратегию грядущих действий. В обсуждении участвовали Эамон, Теган, Элисса и Алистер. Хотя Страж чаще молчал, потому что едва понимал, что, а чаще кого эти трое обсуждали. Когда у них появлялось свободное время, Алистер, чувствуя себя необразованным дураком, просил Элиссу объяснить, что они там наговорили. Она без упрёков спокойно разворачивала карту и долгими вечерами терпеливо разъясняла все тонкости.
Кое-что Алистер вспоминал по их путешествию и визитам в Баннорне, он ведь был рядом с Элиссой во время её бесед со знатью и потом помогал ей приводить в порядок записи, а до этого часто наблюдал, как она делает пометки на картах. Поэтому уроки оказались не такими трудными, как Алистер ожидал. И всё же он удивлялся, как много Элисса знает. Она помнила, в каком году и где был голод, у кого какой годовой доход и численность войск, кто с кем в ссоре, в союзе, в дружбе или родстве. Экономическая обстановка, доступные военные ресурсы, характеры лордов — всё имело значение в предстоящей борьбе… и борьба обещала быть суровой, как зимний ветер.
— А я ещё считал своё церковное образование сносным.
Алистер со стоном уткнулся лбом в стол. Элисса не разделяла его уныния, так как не видела в ситуации ничего непоправимого.
— Церковь даёт хорошее образование. Она делает ставку на науки и военное мастерство. А политические тонкости, дипломатия и хозяйственные дела едва ли когда-либо пригождались храмовникам. Неудивительно, что вам их не преподавали.
