— Это нет, но зато добрую половину времени втирали историю Церкви. Спаси меня Андрасте, это был кошмар!
Элисса снисходительно улыбнулась.
Эамон принял твёрдое решение на Собрании земель представить Алистера знати, но пока Страж не производил впечатления наследника. Правда Эамон об этом, кажется, вовсе не беспокоился. В нём теплилась какая-то неведомая другим уверенность, что Алистер справится. Эрл помнил, как его ещё юному воспитаннику удавалось всё, за что он серьёзно брался. Правда заставить Алистера взяться серьёзно за то, чего он не хотел, было той ещё задачей. Однако сейчас самым важным было одолеть Логэйна и Мор, и с этим Алистер был согласен.
Элисса намекнула ему, что пора прекратить есть на людях как Серый Страж и начать есть как нормальный человек, по возможности не брызгая соусом на одежду, потому что подобные манеры люди могли не оценить. Алистер всерьёз задумался, что такую жертву может не потянуть.
Уроки Элиссы не пропали даром, и Алистер быстро начал схватывать, о чём речь, вставлять своё слово и даже предложил помочь с письмами. Эамон был доволен и быстро шёл на поправку. Это лучшее, чего Алистер мог желать. Они не заговаривали о прошлом, сосредоточившись на настоящем и будущем, но, заметив, на шее у Стража починенный медальон, Эамон почувствовал, что на сердце стало теплее.
Однажды они четверо до поздней ночи обсуждали положение дел на юге. Когда Эамон обернулся спросить мнение Элиссы, она уже тихо дремала в кресле. Алистер отнёс её в комнату и вернулся к эрлу, чтобы продолжить, хотя и у самого голова уже пухла от сведений и планов. На следующий день Эамон отменил обсуждения. Перерыв был необходим всем.
После завтрака Алистер нагнал Элиссу в коридоре. Возле неё вертелся только мабари, и можно было, наконец, поговорить, но Алистер не знал как.
— Элисса, может, сейчас и не самое подходящее время, все заняты, но мне надо тебя кое о чём попросить.
— Я слушаю.
— Мы ведь планируем отправиться потом в Денерим, и я подумал, что мы могли бы… кое-кого там навестить.
— Кого? — удивилась Элисса.
Алистер замялся, но решил, что больше уж никаких тайн.
— Дело в том, что у меня есть сестра. Я же рассказывал тебе о своей матери? Так вот, у неё есть дочь. Я ничего про неё не знал, да и она, наверное, про меня тоже. В конце концов, моё появление на свет всячески скрывалось. После того как я стал Стражем, то провёл кое-какие поиски и узнал о сестре. Она живёт в Денериме и работает прачкой недалеко от эльфинажа. Она моя единственная родня, которая не связана с королевским семейством. Я думал ей написать, но… как-то не случилось, а потом нас вызвали в Остагар. Даже когда после этого мы были в Денериме, я так и не решился к ней зайти и познакомиться, а теперь вот думаю, что уже пора. Может, я помогу ей чем-нибудь, предупрежу о Море, не знаю…
— Голданна, да? — тихо спросила Элисса.
— Откуда ты?.. Ну конечно, Тень… а я ещё тогда подумал, почему ты ни о чём не спрашиваешь?
— Ждала, что ты сам расскажешь. Долго пришлось, — Элисса надула губы и уставилась в пол.
— Прости. Я правда хотел…
— Я поняла.
— Слушай, я ведь уже извинился. Что мне ещё сделать?
Элисса на миг наклонила голову в раздумьях, а потом выдала:
— Искупай Чейза.
— Что?
— У него блохи.
— Что?!
— Задача трудная. Как раз покроет твой проступок.
Кусланд деловито ушла. Мабари и Алистер внимательно друг на друга посмотрели.
После обеда на улице густо повалил снег — последний в этом году. Многие обитатели замка Редклиф высунулись из окон, чтобы полюбоваться снежной красотой.
— Эамон, ты уверен, что не простудишься? — беспокоилась Изольда, когда эрл сел в кресло на балконе.
— Мне не хватало свежего воздуха. Он тоже иногда необходим.
— Вы эти дни только и делали, что работали, — ответила эрлесса и накинула мужу на плечи тёплый плащ. — Коннор расстраивается, что у тебя нет на него времени.
— Это не так. Скажи ему, что я обязательно зайду к нему сегодня вечером почитать. Где он, кстати?
— Говорил, что поиграет снаружи, но я его пока не вижу, — пожала плечами Изольда.
После всех страшных событий и беспокойств, эрлесса была по-настоящему счастлива провести время с семьёй и не хотела думать, что в конце концов её сына заберут. Когда это случится, в замке Редклиф ей будет делать нечего. Он для неё сразу опустеет, и эти стены, где произошло столько плохого с её семьёй, превратятся в склеп.
Эамон старался не думать об этом. На его плечах лежало будущее Ферелдена, и он не мог подвести Мэрика и Кайлана. Подумать только, что Логэйн совершил такое, и теперь Эамон всеми силами старается лишить его поддержки в стране. Бедная Роуэн. Что бы она сказала, если бы была жива?
Он глянул вниз во внутренний двор в надежде увидеть сына, но там была только Элисса. Она упражнялась с мечом, и снегопад уже осел на её волосах и плечах ворохом белых снежинок.
