Алистер с Элиссой не поняли, действительно ли он верил, что это досадное недоразумение, или пытался думать о хорошем, но в них закралось нехорошее предчувствие. Стражи ещё раз проверили чутьём ближайшие тоннели, но порождения тьмы копошились где-то далеко на краю сознания. Это немного успокоило, и они пошли вперёд.
Перекрёсток горел множеством огней — в бочках, чашах, факелах. Древний камень кое-где обвалился и лежал осколками, булыжниками и угловатыми валунами, которые сгрузили в одну кучу, чтобы не мешал, и соорудили из него подобие укреплений для лагеря… но лагерь был пуст. Ни одного живого гнома. Только тела и камни, окроплённые кровью.
Комментарий к Глава 68. Глубинные тропы
*«Кадан» в переводе с кунлата «дорогой друг»
Всем спасибо за отзывы и бурные обсуждения :)
========== Глава 69. Проблемы ==========
— Вадрин! Даборн! — кинулся вперёд Войтек.
Он посмотрел на безжизненные тела друзей и пнул подвернувшийся под ноги шлем. Гримаса злости исказила его лицо. Войтек сорвал с пояса булаву и одним яростным ударом разбил ближайший ящик на доски и щепки. Плечи и грудь гнома вздымались от невероятного гнева, а чёрные усы с бородой вздыбились. Внутренне Войтек был готов, что из этого безрассудного и бесполезного похода за мёртвой Совершенной вернутся не все, допускал даже, что и он тут свою голову сложит, но не так.
Элисса осмотрела залитый кровью лагерь, в центре которого в железной чаше ещё тлели угольки, а котёл, так и не наполненный едой, стоял рядом. Несколько тел генлоков лежало рядом с мёртыми гномами. Разве целый лагерь воинов мог убить так мало врагов?
— Это порождения тьмы сделали? — тихо спросила Элисса.
— Не-а. Не они, — уверенно помотал головой Огрен. — Впервые вижу, чтоб тёмные твари убивали так чисто.
Элисса пригляделась к мёртвым гномам в свете огней и поняла, что Огрен прав. Тела и лица людей, погибших от рук порождений тьмы, обычно были расцарапаны до такой степени, что их было сложно узнать. Рваные раны от грубых ржавых мечей гноились. Добротные доспехи и оружие тёмные твари стаскивали и забирали себе, потому что сами создать такие не способны. Если порождениям тьмы не помешать, то они кишели бы на телах своих жертв как падальщики, пировали, а некоторых жертв утаскивали в тёмные тоннели.
Но здесь были не порождения тьмы. Элисса не могла определять картину боя с такой точностью, как Лелиана или Зевран, но даже она видела, что битва здесь отличалась от сражений с тёмными тварями. Она бросила взгляд на гнома с короткой чёрной бородой. Его убила стрела, глубоко вошедшая в глаз, но самой стрелы не было. Порождения тьмы не забрали бы свою грубую чёрную стрелу, когда вокруг раскиданы другие, куда более лучшие по качеству. Ни единого элемента с доспехов не пропало, оружие тоже осталось при павших, они сжимали его в момент смерти. Нет, поверить в то, что это дело рук порождений тьмы, мог только тот, кто никогда не видел поле боя после них.
— Каждая смерть ужасна. Мне очень жаль ваших товарищей, — сказала Элисса Войтеку.
Тот только сплюнул.
— Так и знал, что этим всё кончится. Что б их этих Белена с Харроумонтом! Послали б нас ещё на поиски самого Каридина! — злился он.
Элисса случайно наступила на свежие пятна крови. Той было так много, что наверняка на этом месте кого-то убили, но ближайшее тело лежало в нескольких шагах. Порождения тьмы не забирают мёртвых — ни своих, ни врагов.
— Но если отряд не порождения тьмы перебили, то кто? — подумал вслух Алистер и бросил взгляд в сторону — из прохода ближайшей пещеры показался натягиваемый лук. — Берегись!
Следующие минуты пронеслись в сумасшедшем ритме бьющегося сердца. На камни грузно упало тело Кинрата. Войтек нырнул за лагерные баррикады. Огрен кинулся на пол и отполз за мешки. Алистер сбил Элиссу с ног и закрыл собой. Стрела чуть оцарапала Стражу висок, другая отскочила от каменной плоти Шейлы. Стрелять перестали. Раздались воинственные крики, скрежет доспехов и вынимаемых мечей, лязг столкнувшихся металлов, рёв голема, стоны и чьи-то ругательства. Буханье тяжёлых шагов, скрип сапога, скольжение на влажном от крови полу, прерванный ударом свист секиры, глухое падение в желоб.
Элисса дважды пропустила удар сбоку, но броня выдержала, осталась лишь ноющая боль. От других ударов она успела уклониться, потом парировать и снести головы напавшим гномам вместе со шлемами. Поле боя растянулось на всю ширину перекрёстка, и Кусланд не успевала смотреть, как справляются остальные, лишь слышала тяжёлые удары Шейлы и голоса Огрена и Алистера. Голем швырнула врага в одного арбалетчика, второй давно бросил арбалет и вертелся, осыпая ударами кинжалов Стража. Огрен впал в буйство и бросился на трёх врагов сразу. От его крика и покрасневших почти безумных глаз они застыли на миг, определивший их судьбу.
