У дальней стены зала выделялся каменный круг, который, в отличие от прочей разрухи и обломков, был в хорошем состоянии и напоминал плешь среди девственной природы. Его освещал лунный свет, пробивающийся сквозь растения и дыру в потолке, а вокруг летали мерцающие огоньки. Стражей там ждали. Стая оборотней вызывающе рычала. Каждый подёргивался на задних лапах, норовя броситься на врагов, едва они сделают хоть одно неверное движение. Среди них Стражи разглядели оборотня со светло-коричневой шерстью и шрамом под глазом. Больше никого не было — только волки.
Зевран прикрыл уши от громкого рыка со всех сторон. Огрен с подозрением озирался по сторонам, и его ладонь тянулась к секире. Элисса невольно напряглась и вытянула спину, когда оборотень, приведший их сюда, ничего не объяснил и молча занял место среди товарищей в каменном круге. Бегун зарычал так громко, выпятив грудь, словно призывал к битве, и в тот миг ему на плечо легла ладонь.
Женщина появилась словно из ниоткуда. Её лицо было прекрасно, как свежая весна, глаза темны, как сумеречное небо, волосы струились вдоль тела ночными ручьями, а кожа цветом напоминала дымку в лесной чаще — лёгкую и невесомую. Она не была ни человеком, ни эльфом, ни волком. Ветки опутывали её руки, переходя в ладони и пальцы, вместо стоп ветвились корни дерева, а вокруг летали молодые листья. Едва она коснулась Бегуна, как он тотчас успокоился и смиренно опустился перед ней на колени, то же сделали другие оборотни, и женщина… дух леса посмотрела на чужаков.
— Приветствую вас, смертные. Я Хозяйка Леса, — заговорила она, и её голос отдавался эхом сквозь лесные туманы и бездушные камни руин.
Элисса преодолела чувство восхищения и в ответ вежливо представилась сама, и по очереди назвала каждого из своих спутников, демонстрируя мирные намерения. Хозяйка Леса удовлетворённо кивнула и продолжила:
— Не сомневаюсь, что у вас много вопросов, потому что знаю: Затриан рассказал вам далеко не всё.
— Вы знаете, что нам сказал Затриан?
— Нет, но есть одно, что он бы никогда вам не поведал, — Хозяйка Леса обвела рукой присмиревших оборотней. — Ты видишь, что эти бедные создания поражены проклятием. Они вынуждены страдать и бороться со своей звериной сущностью и потому в слепой ярости нападали на тебя. Прости их. И знай же: это Затриан наложил на них проклятие. Оно же ныне терзает и его сородичей.
— Затриан не стал бы вредить своим сородичам. Он хочет их вылечить, — осторожно заметила Элисса.
— Верно. Однако это началось не вчера. Века назад, когда долийцы впервые появились здесь, близ леса жило племя людей. Люди опасались долийцев и решили прогнать их из этих мест, преподав жестокий урок. Затриан тогда был молод, у него были сын и дочь, которых он безмерно любил, и вот как-то во время охоты люди схватили их обоих.
— Р-р-р! Люди… — подал голос Бегун, и в нём сквозила явная горечь. — запытали юношу до смерти. Девушку они изнасиловали и бросили в лесу умирать. Долийцы нашли её и выходили, но потом… она узнала, что у неё… будет ребёнок. Она убила себя.
— Это… ужасно, — содрогнулась Элисса, и все спутники за её спиной почувствовали то же самое.
— Нет сомнений, — согласилась Хозяйка и прикрыла глаза.
— Затриан пришёл сюда и на этом самом месте пр-р-ризвал из Тени духа и заключил в тело белого волка. Так и появился Бешеный Клык. Волк охотился за людьми из племени. Одних он убил, другие под действием его крови превратились в диких и кровожадных тварей. Гр-р.
— Диких и кровожадных, как сам Бешеный Клык, — подтвердила слова Бегуна Хозяйка. — Их прогнали в лес. Когда люди покинули эти края, их проклятые братья остались жить в этом лесу жалкими, лишёнными разума животными до самой смерти. Они передали проклятие своим потомкам, и с тех пор это не прекращается.
— Хотите сказать, оборотни — это люди? Потомки людей, которые когда-то навредили долийцам? — удивился Алистер и оглядел собравшихся оборотней, что с грустным молчанием слушали свою историю, а в углу копошились их волчата, которые ещё не понимали из неё ничего.
— В том числе, — подтвердила Хозяйка. — Бешеный Клык заразил многих — виновных и невинных. Когда люди ушли из этих мест, у оборотней не осталось притоков новой крови, и с тех пор они жили замкнутой общиной, не помня, кем они на самом деле являются, а лишь страдая, когда проклятие сжигало их изнутри.
— Но потом я встретил тебя, Хозяйка. Ты подарила мир моей душе, — смиренно поклонился ей Бегун.
— Я показала Бегуну, что у его звериной природы есть другая сторона. Я усмирила его ярость, и в нём снова проступила человечность его предков. Тогда Бегун привёл ко мне остальных. Сюда, — Хозяйка Леса обвела взглядом рощу.
— Но ведь вы устраиваете засады долийцам. Неужто так хотелось отомстить? — спросил Зевран.
