Денерим превратился во множество островков локальных сражений. Кто-то ещё пытался противостоять, пока их не душили превосходящие силы противника. Другие таились. Скрывались в часовнях, во дворах каменных замков и внутри них. Прятались в ямы, накрываясь досками и парусиной. Забивались в самые глубокие погреба и подвалы с молитвами на губах. Пока снаружи бушевало пламя, ходили порождения тьмы, а в небесах сверкали ветвистые молнии. И утекало. Время, отведённое людям на спасение, утекало.
Порождения тьмы топтали землю перед воротами столицы и за ними. Выдёргивали колья, рвали знамёна. Поднимали над головой и потряхивали свою добычу. Жар воздуха и горячий пепел не обжигали их изрубцованные лица. В хищных глазах читалось торжество.
Один гарлок тащил за ворот человека, тот брыкался, кричал, пытался освободиться. В отчаянии схватил с земли чей-то кинжал и резанул гарлоку руку. Порождение тьмы дёрнулось от пореза, разозлилось и зарычало так громко, что человек в панике закрыл уши. Он попытался сбежать. Не смог. Его схватили сзади и бросили на землю. Не смог он спрятаться, когда порождения тьмы пробили ворота, и не осталось никого из солдат. Случайно выдал себя — вскрикнул, когда услышал рёв архидемона, и нашли его белёсые глаза, сильные руки схватили и протащили перед всеми потешиться. Как всех тащили, кого находили живым, а потом убивали на потеху, прыгали вокруг трупов, скалились в улыбке в багровые тучи, высматривая среди них дракона.
Брик всю жизнь работал кузнецом и думал, что молотом отправит на тот свет хотя бы нескольких порождений тьмы. Сам вызвался, дурак, за город постоять! К воротам напросился! Котлы со смолой таскал, стрелы подносил. А теперь его за эти котлы и стрелы…
Шея ощутила прикосновение грубого железа. Дрожащие губы начали шептать молитву, путая слова. Глаза зажмурились. В ушах раздался шум сотен, тысяч голосов. Впереди. Шум нарастал. Приближался как несущийся в галопе табун. Земля от шагов задрожала. Замерло у горла железо.
Брик открыл глаза, слёзы брызнули с них. К нему приближалась армия. С цветными знамёнами и гербами на сукне. С кличем, что слышен до небес. Впереди бежал человек в серебряно-синих доспехах, с мечом и кинжалом в руках. Но Брик не успел рассмотреть грифона у того на груди. Железо, на миг замерев, сделало чёрное дело. Лишь кровь кузнеца брызнула на его убийцу.
И в этот миг строй людей врезался в толпу порождений тьмы, и настал час расплаты.
Лес на западе темнел опасной бездной, верхушки елей, как зазубрины капкана, разделили чёрную землю и алеющее небо. Красноватая туча наползала на город, объятый заревом пожара. Стальные ворота не выдержали. Пробитая ограми створка едва держалась на петлях. Кольцо в пасти чугунного мабари погнуто. Всего несколько часов. На крыльях долга армия прилетела через пять с половиной дней и опоздала всего на несколько часов.
Ещё с холма было видно, что теперь за ворота разгорелся кровавый бой с подоспевшими войсками. Душный ветер доносил звуки битвы и запах огня, пепла и крови.
— Риордан уже начал.
— Значит, времени нас ждать совсем не было.
Ещё в Редклифе Элисса решила, что Риордан поведёт авангард, который они собрали из войск Ферелдена. Алистер же и Элисса отправятся на запад и восток за союзниками. Чудо или провидение Создателя, но они успели встретить гномьи и эльфийские отряды у Орзаммара и Бресилиана, нагнали воинов, что шли из баннорнов, и вместе с ними направились в столицу. Оба торопили войска на пределе. И через пять дней сошлись у Денерима.
— С тобой ещё люди? — Элисса оглядела за спиной Алистера незнакомцев, которые не носили доспехов и гербов ни одного из властителей.
— Разбойники.
— Что?
— Они вышли нам навстречу. Сказали, раз всё равно подыхать, то лучше пойдут с нами.
— Эльфы готовы. Несколько кланов откликнулись. Ланайя прислала всех, кого смогла. Люди, что не успели к Редклифу, также со мной.
— Так не будем больше медлить. Риордан ждёт.
Алистер взбежал по лестнице к подножию дозорной башни и, перекрикивая шум битвы, обратился к армии:
— Перед нами во всей своей мощи орда порождений тьмы. Смотрите на неё, но не поддавайтесь страху. Мы не одни в этой битве. Все народы пришли, чтобы сразиться с Мором за наш общий дом — за Ферелден, за мир, за Тедас.
Его голос гремел звонко и зычно, как пение рога, ветер доносил слова до последних рядов. Он был королём и был Серым Стражем. Он был воином и был полководцем. Бремя власти легло на его плечи, и он нёс его, а от сердца лилась речь.
— …И собрала их одна женщина, — Элисса встала рядом с Алистером. — Она ферелденка, как и вы. За высочайшие качества её приняли в ряды Серых Стражей. Вопреки всем бедам и опасностям, она выжила. Благодаря ей, многие были спасены, и многие же стоят теперь здесь, вдохновлённые её деяниями. Сегодня мы спасём Денерим! Сегодня мы отомстим за смерть моего брата — вашего короля Кайлана! И сегодня мы покажем всем, что любим эту землю, свой дом и чтим память тех, кто её защищал, — Алистер спрыгнул со ступенек, его меч взметнулся вперёд к Денериму. — За Ферелден! За Серых Стражей!
